23 глава

До изменившего все звонка жизнь текла и радовала. Произошло несколько событий, одно из которых была выписка Кая. До этого он все еще находился под наблюдением, типа.

— Вдохни, выдохни. Что ж, действительно, все в полном порядке. Снимки это подтверждают. Трудности с дыханием, боли в груди наблюдались? Слабость, несварение, обмороки…

— Нет, все в полном порядке, док. Я чувствую себя не хуже, чем с легионами.

— Это очень хорошо. А в остальном, как погода в вашей социальной ячейке общества? Разобрались?

— Ну, почти. Кажется, — замешкался бес. Ян все еще беспокоил его, как человек похожий на мучителей, носящих белый халат в лаборатории, но, безусловно, хирург давал дельные советы. — С Нинель, кажется, разобрались, нет, точно разобрались. А вот с Адонисом я пока не знаю.

— Не враг же он вам? — учтиво спросил мужчина.

— Нет, конечно, но и не просто друг. Скорее член семьи в человеческом понимании этого слова.

— Так в чем проблема? Спросите его прямо, хочет ли он стать вашей семьей.

— Спрошу.

— Кстати, слышал, вы додумались выпить спиртного, хотя у вас осталась лишь одна печень.

— Праздник же был.

— И как вы себя чувствовали после?

Вспомнив, что было после, демон улыбнулся во всю ширь, и стрельнул хитрыми глазами на врача: «Было хорошо, но подробностей вы не узнаете!»

 — Значит, с половой жизнью у вас тоже порядок.

— Как вы догадались?

— Лицо у вас выразительное, — умение этого мужчины читать по лицам иногда пугало. Но вот следующий вопрос испугал сильнее оригинального умения понимать невербальные сигналы. — И когда вы планируете размножаться?

— Размножаться не планируем, меня пока и одного хватит.

Ян Терентьев хмыкнул и достал из шкафа банку для образцов:

— Раз вы пока не желаете размножаться, — на этой фразе Кай начал подозревать неладное, — то сдайте анализы.

— Какие анализы? — спросил демон, с недоверием заглядывая в данный ему стеклянный контейнер.

— Я думаю разнообразить человеческий геном. Лабораторным, так сказать, способом, — ответил Ян и вручил порно журнал.

Кай взглянул на вещи в своих руках, икнул, положил контейнер с журналом на стол и с криком выбежал из кабинета, прыгая в окно, скрываясь в неизвестном направлении.

Адонис сразу же загляну в кабинет. Нинель выглянула из-за его спины.

— Что произошло? — недоуменно спросил рыцарь.

— Он отказался двигать генетический прогресс, — огорченно пожаловался Терентьев. — Впрочем, вы же тоже не совсем человек, Адонис Добрянский?

Журнал и стеклянный контейнер перекочевали к рыцарю. В то время как принцесса все поняла и начала безудержно хихикать, Адонис продолжал недоумевать, чего от него хотят.

— Что нужно-то?

— Генетический материал для получения детей, — ответил врач.

Пришло осознание. Контейнер и журнал отдали обратно, хихикающую девушку забросили на плечо и едва не повторили фокус с прыжком в окно. Адонис вовремя одумался и пробежал мимо окна, к выходу из здания.

— Неблагодарные, — кричал им в спины Ян Терентьев. — Ничего, я подожду, пока вы размножитесь естественным путем! Я умею ждать! Сколько бы вы, нелюди, не жили!

Посетители больницы впервые задумались о выборе другого медицинского учреждения.

 

Место встречи не оговаривалось, шли да гуляли, однако Нинель откололась от Адониса, прочитав от кого-то смс:

— Пойду, с подружками в кофе посижу, — махнула рукой она, добавляя. — Я приду через часик, чур, сегодня обед за тобой, так что дерзай домой.

 Пожав плечами, ничего не подозревающий рыцарь пришел в квартиру, а там его уже ждал растерянный Кай.

— Я уже просто боюсь, но спрошу, что с тобой? 

— А? Я задумался, — рассеянно ответил бес.

— О чем же?

— О тебе и о Нинель, пытался понять одну сложную для себя вещь, но простую для вас.

— Уже в ужасе, над чем именно ты думал? — Адонис помнил, что ни к чему хорошему прошлые раздумья беса не привели.

— Над отношениями и социальными ролями.

— Много умных слов, Кай, что ты надумал?

Черт облизнул пересохшие губы, потер затылок и продолжил танец «вокруг и около»:

— Я не привык заниматься самокопанием, раскопки вел лишь в чужих умах, поэтому долго шел к выводам.

— Не удивительно, отношения у нас не самые простые.

— Да, потому я хочу их упростить. Адонис, я должен задать тебе серьезный вопрос! — он придвинулся ближе, чем заставил слегка отогнуться рыцаря назад, — Ты станешь мне братом?

Адонис удивленно распахнул глаза, челюсть у него непроизвольно отпала, а по телу пронеслись толпой слоноподобные мурашки. Умеет же этот черт задавать вопросы!

— Братом? — переспросила жертва упрощения отношений.

— Братом, — подтвердил инициатор таких отношений.

Сдуру рыцарь едва не согласился, приняв его слова за братские узы подтипу рыцарских, но вовремя понял, Кай вовсе не их имеет в виду. Ему нужна семья. Настоящая. По сути, она уже есть, но он не может просто принять имеющееся, не обозвав все своими словами. Ян упоминал об этом.

— Сложно отказаться, когда на тебя смотрят с такой надеждой. Мне уже привычно называть тебе братом. Нас вся округа, и мои коллеги на работе, и друзья Нинель по институту, все считают братьями. Но я помню, ты был не в восторге, когда Нинель нас так назвала, — увидев непонимание на лице беса, он уточнил. — У тебя был жар тогда. Помнишь, когда спишу сломали.

Кай задумался:

— Я плохо помню, что тогда было, но думаю, я вспомнил брата, которого убил, — черт погрустнел. — Не думай, будто я желаю тебе такой участи. Просто от моей семьи у меня не осталось хороших воспоминаний, а что было забрало время.

— Понял, ладно, не знаю, что от этого изменится, но я буду твоим старшим братом, — криво улыбнулся Адонис, — а Нинель так о тебе заботится, что ей в пору матерью становиться. Неудачный пример, конечно. Кто она для тебя?

— Нинель, — Кай посмотрел в пол, — я еще не разобрался. Слишком сложно. Иногда мне кажется, я ее боюсь, а иногда за нее, из-за нее мне бывает некомфортно.

— А мне казалось, у вас отличные отношения, — удивился трактовке рыцарь.

— Да, отличные.

— Но ты сказал, тебе с ней некомфортно.

— Не могу объяснить. Слишком сложно, будто рядом с ней я болен, но вместе с тем счастлив.

— Болен, неудобно, счастлив, я запутался! — всплеснул руками мужчина.

— Да, я тоже. Но думаю – разберусь. Ведь она любит меня, — при этих словах демон будто засветился изнури.

— А ты, любишь ее? — беспокойно спросил Адонис.

— Если собрать весь мой страх и ужас, помножить его на легкость и заботу, поделить результат на желание провести так вечность, если полученная сумма похожа на безумие, и это и есть любовь, то да, я ее люблю.

— Как у тебя все сложно. Думай так, она для тебя единственная женщина, с которой ты счастлив, твои мысли часто направлены на ее комфорт и желания, ты мечтаешь быть с ней всегда, во здравии и болезни. Если так, то ты по уши влюблен.

Смех отразился от стен, отсмеявшись, Кай вынес вердикт:

— Да, похоже, я вправду заболел этим чувством, причем походу давным-давно, если ориентироваться на твою трактовку, — он взял свой телефон и позвонил, — Мы поговорили! Да. Все отлично. Да и даже не разбили ничего.

Знал бы рыцарь, на что он идет, еще подумал бы давать положительный ответ.

Весь следующий день, а был выходной, у Адониса медленно ехала крыша, рассыпая шифер мыслей по дороге и оставляя черепную коробку гудеть от пустоты. Кай ходил след в след, схватив и не отпуская край его рубашки с самого утра. Нинель вначале уходила смеяться в свою комнату, но затем уже просто сползала с дивана каждый раз, завидев неразлучную парочку. Глумиться она перестала, когда бес сменил цель и сел рядом с ней, сверля дружелюбным взглядом. Аналогия с Каспером[1] повеселила, но и заставила поежиться.

— Не просверли во мне дырку, дружелюбный демон. Давай мультики посмотрим.

— Которые японские, где девушки с грудями-арбузами?

— Я хотела предложить Дисней, но раз ты упомянул аниме… — листание каналов в поисках больших глаз и невменяемого сюжета. — То как раз идет сериал про демона с хвостом.

Море восторга и две пары глаз в ожидании зрелища смотрели в экран. Адонис мог этому только умиляться и завидовать. Это здорово, когда твоя любимая еще и твой лучший друг.

В тот вечер в гости зашел Саша. Ну, как зашел, вбежал, едва не растянувшись на полу, и едва «Эврика» не кричал. Александр Вольфрамов разложил бумаги на столе и повернулся к очумевшим жильцам квартиры, с восторгом выдавая:

— Я наконец понял, как должен жить Кай. Вернее, как и где должен обитать его народ. Это поразительно, но, сколько бы я не изучал образцы и не задумывался над возможностями демонов, не мог уложить в голове некоторые факты. Кай, — обратился он к бесу, — помнишь, когда ты складывал когти острыми краями, то они образовали ковш. Так вот, лишь увидев гулящую по интернету запись твоего спасения детей, я понял, почему!

— Так почему? — заинтересовался демон.

— Это не орудия убийства, это инструмент, которым копают и режут камни. Думая в этом направлении, перерыв сотни справочников, начал понимать, для чего вам рога. По сути, это были и не рога вовсе, а высоко чувствительные антенны, ты чувствовал ими вибрации, да?

— Все верно, я «слышал» ими. Но к чему ты ведешь?

— Сейчас-сейчас! Когда ты копал, твой хвост работал как компас, верно?

— Да, я измерял им путь и еще при помощи него знал, где вверх.

— Еще и измерительный прибор, потрясающе. Плюсуем сюда кожу, крепкая, с трудом пробиваемая, выдерживающая многотонное давление. Способность органов выжиматься словно губка, кошачий глаз, чувствительный к свету и способный покрываться защитной пленкой при его отсутствии, мех, способный сохранять тепло, и как финальный штрих – зубы, для сверх жесткой пищи.

Александр достал из стопки бумаг один эскиз и показал им неплохо нарисованных демонов под землей. Которые копали, работали, общались в полнейшей темноте.

— Кай, твой народ – это подземные жители. Причем не просто подземные. Вы приспособлены жить в нагревающихся от магмы слоях. Даже голос говорит в пользу этой теории: для близких расстояний он почти обычный, а для звучания через толщу земли пугающе громкий. Чисто теоретически, непонятно почему вы поднялись на поверхность в вашем мире.

— Ого. Мы что, как кроты? — посмеялся над теорией зоолога Кай и вдруг заткнулся, застыв. — Погоди-ка, а в этом есть смысл. Доня, когда, говоришь, война началась?

Адонис, до этого молча слушавший, ответил не сразу, задумавшийся над верностью теории:

— Лет семьдесят назад появились демоны, говорят, ниоткуда. Построили цитадель, и с тех пор от них житья не было.

— Говоришь так, будто до этого нас не существовало, — фыркнул бес.

Это опровергла девушка:

— Существовали, конечно, но считались редкими существами. В любом случае, общительными вас нельзя было назвать. Естественно, еще в те времена подобные тебе оставались жить с людьми или иными расами. У эльфов так вообще есть ода белому демону, спасшему их народ. В то время никому и в голову не могло прийти, будто вас много, и вы затеете войну. Ты не подумай, я тебя ни в чем не обвиняю! — быстро успокоила Нинель любимого. — Но в определенных записях в самом деле были упоминания о демонах, как о «вылезающих аки зомби из-под каменя твари».

— Прелесть какая, — брезгливо скривился Кай. — Вот только под землю мне не хочется.

— И не надо, — успокоил Александр. — Не знаю, что в вашем мире творилось. Но, пообщавшись с Терентьевым, сообща мы установили интересный факт, который объясняет возможность (причем значительную) общих детей у человека и демона, — на этих словах принцесса немного смутилась. — Когда вы сказали, что почти у всех рас могут быть общие дети почти со всеми, мы поняли, что все перечисленные вами эльфы, гномы, титаны, демоны, феи и прочие, все это – ЛЮДИ.

— В смысле? — трое иномерян не могли поверить в услышанное.

— Это как породы кошек. — объяснял зоолог. — Персидская, сиамская, сфинкс, британская. Они все кошки. Если хотите, то пример можно и из дикой природы подыскать. Не смотря на отличия внешне, демоны и люди из одной расы, как и все остальные жители вашего мира, имеющие претензии на антропоморфность.

Нинель, Адонис и Кай уставились друг на друга, будто впервые увидели. Они все люди, никогда не существовало различий, разве это возможно?

— Но погоди, это невозможно! — первым выкрикнул Адонис.

— Говоришь, нет? Посмотри на Кая, теперь на себя, в ком течет кровь титана. Если хочешь, возьми японца и рядом поставь европейца. Они и вы – люди.  Не знаю, что в вашем мире творилось, но гены были искусственно изменены. Возможно, ваш мир когда-то был похож на наш, но развился куда дальше и вполне возможно либо заигрался с генной инженерией, или произошел один из вариантов апокалипсиса. Кто знает? Как итог – куча людей с измененной ДНК, отброс в средневековье и ворох плюшек сверху.

Нинель задумчиво подергала рыцаря за рукав и посмотрела на него квадратными глазами.

— Помнишь ту притчу, ну, которую я просила все время мне почитать?

— Хрустальная крепость? — Адонис хорошо помнил ее, каждый раз, когда он встречался с маленькой невестой, она просила его прочитать именное ту историю.

— А что за притча? — заинтересовался Кай, чьими сказками были военные отчеты и книги его народа, от которых бы человека стошнило.

— Нинель, расскажи ту часть, в которой говорится о крепости, Кай и Саша не знают этой истории.

Принцесса помешала свой чай, отпила и начала:

— «Крепость в облаках застряла, испокон веков в них стояла. В крепости той из хрусталя выплавленной королева мать правила. Длинные ее волосы были, до каждого жителя власть свою доносили. Но пусто было в мире под облаками: не водился в лесу зверь, не плавала в озерах рыба и не махали крыльями птицы. Решила королева даровать миру рыб, птиц и зверей, да призадумалась. Долго думала, звери, птицы и рыбы уж расплодились по всей земле. Решила мать вернуть на земли иных существ, остальными править, но не выбрала одних – всех из чертог своих отпустила, авось одни да станут мудрыми правителями, ей на радость…». Так начинается эта сказка. А дальше идет длинный рассказ о войне разных рас, демоны тоже упоминаются, но не как подземные жители, а как жители гор. В конце вновь говорится о крепости. «Чтобы встретить мать, в нее поднялись демиурги, и каждому она дала по народу и по силе великой этими народами править.» И вот там есть строчка, которая могла бы быть подтверждением теории о нашем мире: «Каждому народу Мутаи Хена по силе противостоять болезни лютой...».

— Мутаи хена? Мутация гена? — удивился Саша.

— У нас Мутаи Хена – это место, в котором появились первые разумные жители. Что-то типа как для вас Эдемский сад. Но, как видишь, созвучно. Естественно я переложила звучание на ваш язык, так что это может быть и совпадением.

Кай фыркнул.

— Прикольно, конечно, а есть подтверждения нашей искусственной природы покруче сказки?

— И покруче того, что вы все породы человека? Хорошо, тогда вот вам последнее доказательство. Нинель, мы с Яном так и эдак изучили вашу кровь, и до сих пор под впечатлением. Дело в том, что вы, безусловно, человек, но с невероятным иммунитетом ко всем возможным эпидемическим заболеваниям. Даже бубонная чума, проказа и грипп вас не возьмут. Этот человек при мне попытался заразить вашу кровь СПИДОМ.  И что думаете, она вирус не восприняла. Другими словами, я еще не знаю, почему этот генетик не бегает за вами со шприцом. Впрочем, от кишечных заболеваний и некоторых других инфекций вас иммунитет не защитит. То же касается всех вас, — обратился Саша к рыцарю и демону, узнавшим так много о своем доме, — вы еще те монстры для современных вирусов. Но не расслабляйтесь, возможно, для таких монстров у мира найдется свой индивидуальный антидот. Так что при первых признаках недомогания звоните Яну.

— Потрясающе, как много мы узнали, — восхитилась Нинель.

— А толку, вернее, зачем оно нам, это знание? Домой мы не горим желания возвращаться, а здесь его применить некуда. Разве что можно клещей и комаров не опасаться.

Саша посчитал свою миссию оконченной и, поболтав с друзьями на отвлеченные темы, ушел домой, оставляя напоследок самую важную весть:

— Кстати, Германа так и не посадили. Подробностей не знаю, но подлец выкрутился. Он благоразумно исчез с поля видимости, но кто его знает, возьмется еще за старое, а значит и за вас. Будьте начеку.

И вот летом, когда друзья откупались на море и успешно вернулись, когда Адонис прошел кофейную лихорадку, закрывая учетный год, когда выпустили первый с Каем в главной роли фильм, когда Нинель успешно сдала экзамены, ей, как предвестник беды, приснился страшный сон.

Она проснулась посреди ночи, вскрикивая и протягивая руки, попыталась встать, едва не упала с тесной кровати, но сильные руки удержали ее и прижали к теплому телу.

— Тихо, я здесь, я с тобой и никуда не ухожу. Тише, — обнимая и гладя как маленького ребенка, Кай поцеловал любимую в висок и ощутил бешено колотящееся сердце юной девушки. Колотилось оно от ужаса, пережитого в стране, обязавшейся дарить сны, но припасшее для нее кошмары.

— Мне приснился кошмар.

— Вижу. Он был такой жуткий, что ты звала и кричала мое имя, прося не уходить. Я стал причиной твоего кошмара?

— Все хорошо…

— Расскажи!

— Тебе не понравится.

— Это кошмар, он только мазохисту понравится. Рассказывай.

— Да там нечего рассказывать. Просто во сне ты куда-то уходил. Я все звала тебя и звала, но ты даже не оборачивался, и потом исчез, а я проснулась. Было очень страшно! Ты будто забыл обо мне и свое имя, и не откликался, а я не могла тебя догнать! — девушка заплакала, прижимаясь к груди любовника, он продолжил гладить ее по спине.

— Я здесь, я с тобой и никуда не уйду. Белочка моя, ну же, вытри слезы, они беспочвенны, — бес слизал влагу с ее лица, не удержался и продолжил лобзания, пока Нинель не закрыла себе рот ладошкой, боясь побеспокоить спящего в соседней комнате Адониса.

— Кай, нас услышат, — чуть сипло прошептала она.

— Тогда постарайся не шуметь, — хитро улыбнулся парень, проводя рукой вниз.

— Ты демон, — выдохнули ему в губы.

— Именно, — подтвердил демон, настойчиво продолжая черное дело.

Тревоги испарились. Он не мог исчезнуть, не сейчас, когда она вся его, а он ее. Не сейчас, когда этот мир стал их домом. Не сейчас, когда у них впереди светлое будущее.

Так она думала.

 

В день злополучного звонка Нинель металась по дому белкой, успевая сто и одно дело еще и разом. Кай смотрел на нее инвалидом – вроде руки-ноги на месте, а помочь не просит.

— Рыжик, может, помогу чем? — не выдержал он.

— Может, — пробежала мимо белочка с ведром и шваброй. — А может и нет, — пробежала обратно, но уже с тазиком, полным белья.

— Хоть чем-то, — заканючил юноша, заглядывая на балкон.

Зеленые глаза смотрели из-под растянувшейся на верёвке влажной простыни.

— В магазин со мной пойдешь?

— Конечно!

Каю безумно нравилось такое поведение Нинель, когда она, независимая, принимала решения и заставляла остальных подчиняться своей воле. В такие моменты ее уже хотелось назвать не принцессой, а королевой. Сам он подчинялся неохотно, когда его просили, если не считал просьбу необходимой к выполнению. Но когда любимая демонстрировала на его глазах свое трудолюбие, у него самого начинали чесаться руки.

Спустя десять минут, оба одетые и вооруженные пакетами, они покинули квартиру, отправляясь в ближайший магазин с наименее кусающимися ценниками.

— Что планируешь готовить? — спросил демон, отдергивая майку и поправляя прическу. Менеджер порядком достал беса модными советами, заставив прислушаться кое к каким, поэтому Кай одевался видно и не всегда подчеркивая мужское в своей фигуре, оставляя людей гадать над вопросом его половой принадлежности. Фильм, в котором он исполнял роль и мужчины и женщины, и фотографии в журналах, позиционирующих его с обеих сторон, окончательно запутали фанатов.

— Рыбу и картошку, — ответила девушка, когда бес успел забыть вопрос.

— К ним хорошо пойдет горошек или зелёный салат.

— Отличная идея. Добавим бутылочку вина.

— И романтический ужин на троих готов.

Толкая друг друга и шутя, они добрались до магазина и первым делом отправились в рыбный отдел, где в аквариуме плавали грустные обитатели морей и океанов.

— Купим живую? — спросил Кай, облизнувшись.

— И она опять будет плавать в тазике, пока не умрет жестокой смертью. Во дворе уже есть одна могилка, хочешь вторую? 

— Ну...кхм, ту затоптали, и вообще это было давно. Простите, — обратился он к продавщице, едва справившись со смущением, — дайте нам самую дохлую рыбу.

Нинель пихнула его локтем и смягчила шок магазинного работника:

— Охлаждённую, пожалуйста, — продавщица не успела вздохнуть облегченно, Нинель уточнила. — Нет, не ту, что еще шевелится, да, ту, с трупным окоченением. 

На окоченевшие тушки Кай смотрел взглядом кота, вдруг обнаружившего, что в его лоток нагадил хозяин.  Мутные глаза, разинутые рты и общая непривлекательность заставила его сделать иное предложение.

— Давай купим филе, а?

Так и поступили. Уже собирались идти домой, но на выходе из магазина их поймал какой-то парень с цветами. Шел бы он к Нинель и отделался бы пинком, но человек решил посвататься к демону. Уже думая, куда он будет прятать труп, бес увидел свое спасение в лице не самого приятного знакомого.

— Здравия желаю, майор Саванов!

— И тебе не сдохнуть, — откликнулся следователь, сверкнув глазами из-под бровей на поклонника, и того как ветром сдуло. — Замышляете чего?

— Ага, картошку с рыбой, — улыбнулась принцесса.

— И мы торопимся осуществить задуманное, — показательно поцеловал в висок любимую демон, быстрее уводя к дому, подальше от чрезмерно любопытного представителя правоохранительных органов, ощущая спиной его сверлящий взгляд.

 

Звонок раздался сразу после ужина, когда, расслабившись, друзья перемещались в гостиную и выбирали фильм для совместного просмотра. С тех пор, как у них появился dvd плеер и целая стопка дисков, дело стало проходить быстрее.

— Предлагаю к просмотру фильм, в котором ездят психи на машинах по пустыне и все время убивают и стреляют, — сделал первое предложение Кай, пряча диск за спиной.

— Террористы захватили самолет, но правитель страны смог справиться с ситуацией, — описал свой выбор Адонис, прикрывая его ладонью.

— Корабль тонет, все тонут, и вообще все плохо, но в картину успевают вписать выстрелы, драгоценности и любовь, — улыбнулась Нинель, добавляя, — интимная сцена обещает быть.

— Любовь и интим, говоришь? — заинтересовался бес. — Доня, берем ее вариант?

Не успели они решить, как зазвонил телефон Кая. Тот поднял трубку и обомлел, не говоря ни слова, поставил на громкую связь.

— Але, ты слушаешь? — говорил телефон голосом Германа. Рыцарь и принцесса не верили ушам, но сильнее недоверие вызвало сказанное этим предателем. — Я звоню с вопросом, ваш мир случаем не собирается наш завоевывать? А то меня берут сомнения после парочки событий!

— Дай-ка телефон, — рыча, попросил рыцарь, и крикнул уже в трубку. — Каких событий?!

— Черт, не орите так! Да каких, я сейчас на окраинах Москвы, и видел нечто странное. Люди, обряженные как сектанты, не привлекли бы моего внимания, но эти вели-тащили демона. Да, такого же, как ты, Кай. Естественно, мне стало интересно, какого хрена происходит, и я пошел следом. Там за Люберцами, в Марусино, раньше ферма была. Так вот, старая скотобойня еще цела. Туда-то они его и потащили. Ваших одномирцев увидел штук двадцать. Наблюдать смог из окна. На полу внутри здания были начертаны символы, в круг демона завели. Что было дальше, описывать не хочу. В общем, они его пытали до смерти, а когда он был на последнем издыхании, пятеро людей покончили с собой в том кругу, одновременно с тем, как остальные наносили смертельные раны демону. Дальше все полыхнуло, меня от окна откинуло. Когда заглянул снова, там уже никого не было. Вернее, были еще трое, но они стояли в стороне, и я не сразу их заприметил. Так вот, они переговаривались достаточно громко. Говорили, ищут рыцаря, принцессу и демона. Вас то есть.  Вы, конечно, мне можете не верить, ваше право, но все это в достаточной мере меня беспокоило, чтобы позвонить. Считайте это моим извинением за случившееся.

— Может, это было экстази или кислота? — Кай не мог поверить в услышанное.

— Выколи мне глаза, я видел то, что я видел. И после увиденного собираюсь временно переехать подальше. А вы сами решайте.

Связь оборвалась, унеся с собой душевный покой жильцов квартиры семьдесят семь.

Бег от прошлого – бег на беговой дорожке, мнимое движение вперед. Рано или поздно оно догонит, развернет и заставит смотреть на свою уродливую рожу, всем видом показывая, что уже не отпустит и заставит жить собой, давя последствиями своенравной попытки начать новую жизнь без его гнета.

— Прости, Доня. — произнес Кай, смотря на свой телефон. — Я знал о присутствии в этом мире других попаданцев, но промолчал об этом. Слишком боялся.

— Те предметы с легионами, — догадался Адонис.

— Да, недавно я пытался найти их хозяев, но из психушки, в которую они попали, им помогли бежать. Это были люди Эмманалии.

 

— Давно я не видела этот список, Кай, — Нинель подошла беззвучно, и обняла со спины. — Зачем ты снова с ним возишься?

— Вычеркиваю пункты. С девяносто первого по девяносто третий: влюбился, любим и мы даже съездили в поездку. Пункт сорок шестой – заняться танцами – мы с тобой танцевали, и не раз. Пятьдесят три – сыграть в фильме – уже жалею об этом, и не разбирал приглашения на следующий проект, их очень много. Медитация и вне телесный опыт – пункты с семьдесят четвертый по семьдесят пятый – обмороки и многократная смерть считаются? О, пункт пятьдесят восемь, я так и не приготовил тебе торт. Научишь?

— Если тебя это успокоит.

Выставив продукты на стол, они начали делать коржи для будущего торта, но радости это действие не прибавляло. Кай будто находился в далекой галактике, на неизвестной планете, во многих световых годах от собственного тела.

— Какое решение он примет? — спросил демон, выливая тесто в миску.

— Правильное. Но не думай об этом. Он никогда не предаст нас и не вернётся к прошлому. Верь ему.

— Он мой брат и я ему верю. Но, мне кажется, я вот-вот расплачусь или грохнусь в обморок, голова совсем тяжёлая, легкие сжимаются при каждом вдохе и выдохе.

— Может, ты приляжешь? — обеспокоилась принцесса.

— Нет, не сейчас. Вырублюсь, а вдруг не проснусь?

Коржи испеклись, промазались заварным кремом и украсились бананом и клубникой, так любимой Каем.

Адонис вернулся весь измученный и будто постаревший:

— Охренеть как все хреново! Такой хренотени я не ожидал! — устало и зло бросил рыцарь, не желая использовать культурные слова. — Дайте мне выпить и поесть, дальше я вам поведаю, как плохи дела.

Нинель, как могла, растормошила вновь куда-то уплывшего демона, и дала ему успокоительного. Вроде помогло. Адонис заметил, в каком состоянии его брат, и посмотрел на принцессу широко распахнутыми глазами, но та не стала объяснять очевидных вещей, и не убирала далеко нашатырный спирт. Впрочем, у старшего в их компании оказался более действенный и мужской метод приведения в чувство:

— Кай, ну-ка, бесово дитя, приободрись! — рыцарь так ударил ладонью по спине демона, тот чуть глаза свои не выронил из черепушки.

— Совсем с ума сошел?

— А ты далеко уплыл? Приходи в себя, говорю. Мне ты сейчас нужен в здоровом уме, будем военный совет держать. Нинель, дай ему кружку тонизирующего, а лучше по яйцам разок для бодрости. 

— Жестокие вы, — фыркнул Кай и сел за стол, отрезая себе кусок торта. — Я уже в себе и готов внимать.

Рыцарь сел, дождался, когда займет свое место принцесса, и тоже взял себе кусок торта. 

— Люди королевства Эмманалия нашли способ путешествовать между родным миром и этим. И они искали нас. Но это полбеды. Этот мир их заинтересовал. Думаю, не нужно пояснять, к какой катастрофе это приведет: если произойдет вторжение того мира в этот или этого в тот.

— Да если такое произойдет, нашествие демонов покажется проблемой не серьезней прыщика! — подскочил Кай. — Я ничего не имею против людей этого мира, мне они даже нравятся, но я не строю иллюзий. Массовый геноцид – это меньшее, что будет ждать наш мир. Причем, даже если он первый нападет, у него не окажется достаточной огневой мощи, и в конечном итоге он будет втянут в продолжительную войну, но уже мировую.

— Да, так и будет. Сотням тысяч демонам, эльфам, гномам, феям, зверянам и прочим продемонстрируют радушие в газовых камерах и на операционных столах. Конечно, если наши садисты не запустят сюда магическую чуму и человечество этого мира не вымрет. Какой ужас!

— Что же нам делать? — принцесса ахнула и схватилась за сердце.

— Думать, — коротко предложил Кай и заметил. — Доня, знаешь, если бы вход в этот мир оказался бы найден до того, как мы в нем пожили, до того, как стали на сторону нейтралитета, ты бы пришел сюда в первых рядах.

— Возможно. Удивительно, как быстро меняется наш ход мыслей, — грустно согласился рыцарь. — Итак, я расскажу вам о том, как прошла наша встреча.

 

Танец взбесившихся обезьян – вот как выглядело приветствие рыцаря с его бывшими соратниками. Он сразу понял, кого видит по нашивкам белых одежд, так похожих на отличительный знак кровавой секты. По сути первое впечатление верно, трое людей, оставшихся связными в этом мире, были храмовниками. А бог, которому они покланялись, любил кровавые жертвы, по заверениям самих служителей – кровь врагов.

Его не узнали. Да и не удивительно, что за король без короны, а рыцарь без меча, как конь безногий. Адонис заговорил на родном языке:

— Я Адонис без роду, будущий король Эмманалии, тот, за кем вы пришли в этот мир. Светлый рыцарь. Герой, победивший Зло. Великий полководец! — с трудом вспоминались эти титулы, которые так глупо звучали из уст осовременившегося рыцаря.

Вот тут и начались танцы с поклонами и приседаниями. Будущий король, как-никак, хоть и безродный, зато с родовой невестой. А после рыцарь узнал многое, подтверждая ранее сделанные выводы. Эти трое сидели в психушке, но до того, как сели, успели создать круг призыва, через который следующие прибывшие и попали в этот мир. С собой они привели демона и верных жрецов, помогли сбежать этим неудачникам. Вскоре шпионы Эмманалии обладали способностью понимать местные обычаи и язык. Понадобилась всего одна жертва. На этом они не остановились, преимущественно пытаясь ловить молодых юношей, считая их более прогрессивно мыслящими. Закованный в антимагические цепи демон выполнял все, что требовали, стоило подрубить ему хвост.

Чем больше слушал, тем больше Адонис ужасался. На телевиденье только и говорили о пропажах людей и, после случившегося, все думали на ту лабораторию. Но нет, вот они виновники, перед ним. Неужели и он так бы поступал ради королевства, ради своего мира? Да, поступил бы.

Жрецы поняли, насколько отстают от этого мира и собирались завоевать его постепенно, как вариант самый молодой предложил выпустить черную смерть. Другой — поссорить государства и создать прецедент для третьей мировой войны. В общем, они хотели избавиться от местного населения, не почитающего нужных богов и заселить мир заново.

После выслушанного бреда, герой Сайнтарза подумал, что газовые камеры и операционный стол – это именно то, чего достойны эти выродки.

— Мы свою историю поведали, пора и будущему правителю свой народ удивить великими подвигами, совершенным в мире этом.

Эти историю, Адонис обдумал заранее.

— В этот мир мы попали втроем: я, невеста моя и Зло всего мира. Как и вы, использовал я демона во благо свое, и вскоре стали мы знать про этот мир все.

— Как же убили вы демона? — сладострастным голосом спросил один из жрецов, в нетерпении услышать о пытках, давясь слюной.

«Отвратительный тип!»

— Выбил зубы, разбил когти, отрубил рога, отсек хвост и оставил жить, пока не издохла тварь в горячке. Однако, к своему стыду, я воин, а не маг, и не смог найти способа вернуться в родные края. Поведайте способ, — преувеличенно вежливо просил рыцарь, а сам скрипел зубами от злости.

— О, это не сложно. Достаточно подвергнуть одного демона длительной и мучительной смерти, и принести в жертву от пяти до десяти последователей великого Дейуреса, бога войны, и тот снисходит проводить в путь пятнадцать человек.

 «Подвергнуть одного пытке, пятерых убить, пятнадцать обратно провести – веселый счет. Не желаю знать, сколько они убивают с той стороны, для переноса сюда. Но что же мне делать? Убить их? Это не решит всех проблем. Перейти на их сторону и поиграть в двойного агента? Проколюсь, и очень быстро. За эти одиннадцать месяцев слишком многое стало другим. Тогда, как как поступить?»

— Раз вернулся великий победитель, то пора ему в чертог родной, и возглавить поход сей! А жива ли, невеста его? Принцесса Нинель Эмманалия?

— Жива. Когда обратно будет готово все?

— Две недели ждать. Но неужто уйдешь ты сейчас?

— Уйду, через две недели мы вместе явимся. В безопасном месте держу ее, подальше от грехов мира этого.

Устав от высокого слога храмовников, Адонис по-военному отдал честь на грудь и удалился, полный страхов и вопросов.

 

Так все было.

Кай насторожился и, подойдя к рыцарю, сел по-собачьи и глубоко, долго вдохнул воздух рядом с ним.

— Доня, мы в жопе, — резюмировал он. — Ты своих по одежде различаешь, а я по запаху. Это были не храмовники, те пахнут благовониями и курительными свечами, маслами или еще чем они там мажутся. А эти на тебе подобных запахов не оставили, воняют кровью и цепями – дознаватели.

— Думаешь, они мне не поверили?

— Если дураки, то поверили. Если нет, то сюрпризы только начинаются. В любом случае, они нам дали две недели.

Нинель вмешалась с вопросом:

— Ты не предлагаешь ли нам бежать?

— Предложил бы, был бы толк! А толку нет, если они начнут войну или вторжение, нам всем по любому каюк. Черт, судьба у меня, что ли, такая? — Тряхнув головой, бес продолжил. — Я предлагаю вырезать прибывшую в следующий раз двадцатку. Стереть круг призыва, и на этом считать свое дело завершенным.

— Убить, стереть, — угрюмо повторил Адонис.

— Только не говори, что ты жалеешь этих ублюдков! — рыкнул Кай.

— Нет. Просто мои руки едва от крови отмылись, и снова придется их в нее окунуть.

— Переживешь. Одна разрывная граната, и туши свет.

— Ты, кажется, забыл, Кай, но с некоторых пор ты довольно уязвим, — укорил рыцарь демона за самонадеянность.

— И все равно крепче людей, — возразил он.  — И знаю тучу противозаконных рецептов: взрывы и огонь я им обеспечу.

Готовиться начали в тот же день. Знания демона, отложенные на подобный случай, оказались довольно обширны. Впервые подозрения Саванова оправдались, такого количества взрывчатки, колющего и стреляющего оружия эта квартира еще не знала, а в ней в свое время отдыхала целая банда уголовников.

Но сколько не готовься, а по плану идти ничего не может целиком. А тут и плана толком не было. Адонис входит, принцесса с рацией в укромном месте, Кай на крыше, а дальше бух-бах-тарарах, и дай бог выжить. Не план, а самоубийство.

— Кай, что ты делаешь?

— Уравниваю шансы. Хочу подключить к этому делу уфологов, следователя и одну группировку.

— Положи телефон! Нельзя втягивать обычных людей!

— Они уже втянуты, Доня! Пусть внесут вклад в спасение своего мира! Не бойся, я же не в гущу событий их собираюсь вести. Есть пару идей. Пойду со следователем поболтаю, он как раз недалеко. А ты, Доня, обмолвись с нашими покровителями.

— Я с Яном подумаю, как вас лечить, и соберу аптечку.

— Молодец, люблю тебя.

Через неделю все было готово к встречи незваных гостей. Кай в таких красках описал будущее слияние двух миров, что, помимо следователя, получил вертолёт и снайпера. Несмотря на все приготовления, весь план пошел кубарем с горы.

Как бы банально не звучало, но, когда до часа «х» оставался один день, случилось все, с чего однажды все началось: Нинель похитили!

Принцесса забегала в университет, закрыть сессию и перевестись на следующий курс, а обратно домой не вернулась. С ее телефона позвонили Адонису, под девичьи крики, сказали приходить к порталу. Предупредили: если он кому-нибудь сообщит, они отрежут девушке палец, а может и язык. «Эти могут».

Вопреки ожиданиям, принцесса выглядела не как перепуганная пленница, а как взъерошенный ежик. Не зря ей Кай переливал навыки самообороны, у всех трех храмовников-инквизиторов имелось по паре отметин, оставленных смелой девушкой. У самого неприятного вздулся нос, у следующего расцарапана щека и он прихрамывал, последний морщился и сводил ноги. Но, оказывается, был и четвертый – ищейка, который держал Нинель. Оборотень – не удивительно, что эти типы обо всем узнали. Как и демоны, оборотни владели способностью узнавать многое по запаху. Он и сказал: «Демоном пахнет».

— Ты врага мира всего в живых оставил! — не спрашивал, обвинял старший из ублюдков. — Из одной миски с ним ел! Братом назвал! Немыслимый грех против создателя!

Адонис молчал, посматривая на принцессу, пытающуюся двинуть ногой назад так, чтобы отшибить псине детородный орган. Песик пока удачно уворачивался, но нервничал, будто в течку с похмелья оседлал не суку, а крокодила. Собачий скулеж сказал присутствующим о перемене состава из чисто мужского в смешенный.

— Свяжите дуру! — скомандовал старший, отвлекаясь от рыцаря и на всякий случай предупреждая. — А если великий сэр подойдет ближе – перережьте ей горло.

Рыцарь сжал зубы и не двинулся с места, не произнес ни слова, Нинель орала за двоих пятиэтажным матом.

— Ваш грех без меры велик! — продолжал вещать мужчина в рясе, когда шумной принцессе закрыли рот. — Но я ведаю о причине рассудка помутнения! И, устранив его, да вернутся ваши души в чертоги света!

Пока один из юных последователей нес закрытый футляр, герой вспомнил, по какой причине держался от храмовников с их верой и от верующих инквизиторов как можно дальше.

Крышка футляра откинулась, и его взору предстал ритуальный нож, которым приносят жертвы.

— Убей демона! Если замешкаешь, если проклятие так велико, то отрави! — в том же футляре лежал маленький мешочек с прозрачными гранулами. — Тело принеси нам сегодня до рассвета! Пусть прибывшие в тот час видят падение Зла! Иначе принцесса умрет, как предатель Эмманалии! Учти, за тобой будут следить! Один промах, и ты услышишь предсмертный девичий хрип!

Продемонстрировав рацию, храмовник шагнул назад и указал на выход.

Сохраняя траурное молчание и видя на зданиях чужую тень, рыцарь размышлял, как спасти Нинель и Кая, как спастись самому. Дома демона не оказалось, и это позволило дышать тише и сосредоточенней, судорожно сжимая проклятый нож. Легкий, почти невесомый, он холодил ладонь, словно кусок льда. Горло сдавило, будто в него вцепилась невидимая рука: не сглотнуть, не продохнуть. А Кай уже скоро придет.

Один удар, можно даже через спину. Главное – попасть, и смерть будет быстрой и безболезненной. Но бить со спины это разве достойно рыцаря? Нет, это подло и перечеркивает все, чего он достиг, все, к чему он шел. Дьявол, это перечеркнет Кая: брата, друга, члена семьи.

Ударить, когда он обернется, увидеть удивление и непонимание, наблюдать, как затухает взгляд, воочию слышать вопрос: за что? Просто представив, Адонис был готов откинуть нож, а лучше выбросить его в окно. Но за ним следят! Ужасаясь себе и своим мыслям, рыцарь попытался представить существо, опустошившее девять королевств, не щадившее ни женщин, ни детей, перевернувшее само понятие Зла, поднявшее его на новый уровень, обрекшее на страдании миллионы людей, достойное смерти. Вот кого он должен убить.

Но кто такой Кай? Юный демон с глупыми шутками, который, улыбаясь, умирал, скрывая свое состояние от них, который только перестал шарахаться и начал вести себя нормально, юноша лишь недавно обретший семью и любимую… должен умереть?

«Нет! Ни в коем случае! Да легче себя зарезать! Мы многое преодолели! Да, мать его дери, я же сам столько сил и нервов вложил, желая выживания этого мальчишки!»

Ключ повернулся. Кай вернулся домой.

Поняв, что все еще держит проклятый нож в руке, Адонис быстро спрятал его за спиной.

— Встречаешь? Скажи «гав», и я дам вкусняшку, — пошутило улыбчивое Зло и повернулось спиной, снимая куртку.

Сейчас! Если ударить сейчас...

Кай обернулся, перекладывая пакет из одной руки в другую.

А если сейчас...

— Никудышная из тебя собака, даже голос не подал. Но все равно держи! – пакеты оказались у носа героя, и тому оставалось спрятать нож на полке с одеждой сзади и взять пакет. — Странный ты сегодня – устал?

Уверенный в слухе оборотней как в одном из самых чутких, Адонис не мог сказать прямо, зато мог попытаться предупредить намеками, которые псы не поймут.

— Да, тяжелый день. Знаешь, я был за городом. Пойдем на кухню, я тебе все расскажу. И не разувайся, пол еще не мыли.

— Правда? А Нинель мне голову не откусит за грязные следы? Кстати, где она? – демон оглянулся по сторонам.

 — У подруг ночует, знаешь же, экзамены! — «Экзамен прошли, пойми намеки, дурень!».

— Разве экзамены не прошли? Не стриптизёры ли ее подруги? А, Доня?

— Не мели чушь, вот, тебе надо выпить витамины! — поставил на стол стакан рыцарь, немного пролив рядом с собой. — Блин! Ладно, потом вытру.

— Доня, какой-то ты сегодня странн… — Кай, собиравшийся отпить из стакана, резко остановил руку и, неестественно изогнув шею, посмотрел на Адониса и задал вопрос, будто невпопад. — Забыл спросить, а как зовут твою девушку?

— Какую?

— Про которую ты рассказывал и которую позвал на свидание. Ну, знаешь, ты ее гремучкой назвал.

— А? Ну да, было дело. Имя ее Агония, а фамилия ей Красная. Бросил я ее.

Кай задумчиво склонил голову и кивнул. Адонис сжал зубы и едва не закричал – стакан коснулся тонких губ.

За происходящим наблюдали с крыши соседнего здания. Наблюдатель видел, как юноша быстро опрокинул в себя стакан и, продолжая болтать о всякой ерунде, поморщился. Замолчал он резко, его затрясло и, обхватив себя руками, он закричал.

Адонис успел поймать свалившегося со стула друга и прижал к себе, не давая биться в предсмертных конвульсиях.

— За что? — услышал наблюдатель своими чуткими ушами дрожащий голос умирающего.

— Прости, у них Нинель. Если я не принесу им твое тело, они убьют ее. Прости! Прости, брат! Прости меня!!

Жертву яда выгнуло, едва не вырвав из рук рыцаря, наблюдателя оглушил новый крик, прервавшийся бульканьями – умирающий подавился кровью. Оборотня уже почти тошнило от происходящего в той квартире. Он заткнул уши, чтобы не слышать этих страшных хрипов, слов извинения и обещаний спасти девушку. Волк видел, как блондин поднял юношу, и перенес его в гостиную, сел с ним на ковер. С ракурса волка, гостиная плохо просматривалась, но видел кусок пола и слышал.

— Все, все, скоро все прекратится! Уже скоро!

— Больно! — проскулил Кай и снова выгнулся.

Адонис закусил губу и, прижав к себе беса, обхватил его голову руками. Резвое движение в сторону оборвало крик.

Оборотень сморщился. Увиденная картина вызвала приступ тошноты, а в ушах продолжал отдаваться хруст.

— Дело сделано, — отрапортовал он в рацию и сам на себя огрызнулся. — Вот черт, чтобы я еще хоть раз на фанатиков работал!

Продолжая наблюдать, видел, как взрослый мужчина оплакивал убитого им парнишку и заворачивал его в куртку, надевал кепку, будто боясь, что тот замерзнет.

— Все, я не могу на это смотреть, — отстранился от края крыши ищейка и прыгнул на следующую крышу, уже не видя, как рыцарь останавливает грузовик, украшенный рекламой ветклиники.

 

Адонис вошел в просторное помещение скотобойни, неся на руках свою ношу. Глаза Нинель распахнулись до предела, а губы задрожали. За козырьком кепки нельзя было увидеть лицо, но внутри все сжалось от одной мысли о смерти ее любимого «человека». Ей не было смысла сдерживаться. Повисая на руках похитителей, она зарыдала, наполняя пространство звуками горя.

— Неси сюда! — скомандовал командир отряда. — Кидай на пол этот мусор! И отойди.

Вопреки команде, рыцарь положил тело Кая бережно. Отошел медленно и, посмотрев в глаза спасаемой принцессы, натолкнулся на такую боль и отчаяние, что едва не завыл сам.

— Проверь! — продолжал раздавать команды старший из трех людей в рясах.

Младший подошел к телу. Снял кепку, открыв бледное лицо мертвого человека, но никак не демона. Посмертная маска с плотно закрытыми глазами и ртом заставила поежиться. Человек передернул плечами и открыл демону рот, желая найти хотя бы демонические клыки, но выпустил наружу задержавшуюся там кровь, украсившую рот красными боковыми линиями.

— А это точно Зло всего мира? — засомневался человек. — Да он если и демон, то на треть, если не на четверть. А правитель-то чистых кровей был.

Зароптали молодые. Но старший крикнул:

— Тихо! Зло может принимать разные обличия, и это одно из его лиц. Несите сюда.

С Каем не церемонились, черные густые волосы подошли на роль ручки чемодана, за них взяли и поволокли. Нинель вся сжалась и до крови прикусила губу, сдерживая крик отчаяния. Скоро его должны были проволочь рядом с ней, и она испуганно замерла, понимая о последней возможности увидеть не тронутое палачами лицо. Что могут сделать с его телом после смерти, она представляла.

— Пусть это будет сон, пусть я проснусь. Пусть Кай будет жив, — причитала Нинель, пока не увидела демона на расстоянии двух шагов. И, как она и желала, он был жив. Раскрыл глаза, оставил клок волос в руках врага и пинком отправив того в долговременный полет.

— Как?!! — ужаснулся командир.

— Как-как! – передразнил его демон, оказавшийся за спиной. — Просто я хороший актер!

 

— Не мели чушь, вот, тебе надо выпить витамины! — поставил на стол стакан рыцарь, немного пролив рядом с собой. — Блин! Ладно, потом вытру.

— Доня, какой-то ты сегодня странн…

Палец рыцаря скользил по влажной поверхности, вырисовывая буквы: «В стакане яд! За мной следят».

«Что за хрень творится, Доня? Погоди-ка, следят? Яд? И я должен его выпить? А какой яд?»

— Забыл спросить, а как зовут твою девушку?

— Какую?

— Про которую ты рассказывал и которую позвал на свидание. Ну, знаешь, ты ее гремучкой назвал. — «Надеюсь, ты понимаешь намеки!».

— А? Ну да, было дело. Имя ее Агония, а фамилия ей Красная. Бросил я ее.

«Красная Агония!!! А чего полегче не было? Ну, там смерть во сне или сердечный приступ! Ну ты и задачку мне задал, брат», — Бес поднес стакан к губам и, заметив панику на лице друга, слегка улыбнулся. Вода текла тонкой струйкой с губ на шею, а там по спине вниз. Кая передернуло, и он продолжил разговор, морщась от липнущей к телу ткани. Высчитав положенные две минуты, черт приготовился давать концерт, в который Адонис едва не поверил. Закричал, обхватывая себя руками и, падая со стула, оказываясь в объятиях брата, который еще не знал, играет демон роль или и вправду корчится от адской боли.

 — За что? — дрожащим голосом умирающего спросил Кай и удивился смертельной бледности нависшего над ним лица.

— Прости, у них Нинель. Если я не принесу им твое тело, они убьют ее. Прости! Прости, брат! Прости меня!!

Кай не удержался и улыбнулся, за что его ущипнули между лопаток, вот тут-то его по-настоящему выгнуло, еще и брыкаться попытался, за что ущипнули еще раз. Закричав, он пытался отбиться от получения новых синяков, очень натурально изображая действие яда.

Прикусив себе язык, для полноты картины, бес подавился кровью, сдерживая хохот, отчего рыцарю пришлось громко причитать про свои последующие действия по спасению принцессы и прочий бред, ожидая, когда черт отсмеётся. Удалось заметить волка на крыше, с которой кухня слишком хорошо просматривалась.  Адонис поднял друга на руки и унес в гостиную, где увидеть детали происходящего было сложнее.

— Все, все, скоро все прекратится! Уже скоро! — говорил он, намекая на конец концерта.

— Больно! — проскулил Кай и выгнулся, чтобы достать из заднего кармана коробок спичек. Он прошептал еле слышно. — Сломай.

Адонис закусил губу и прижал к себе беса, обхватил его голову руками. Кай даже закричал для полноты картины. Резвое движение в сторону, боль в шее – рыцарь перестарался – сжатый коробок спичек изобразил нужный хруст.

Рыцарь наклонился над «убитым» и всячески изображал горе, выслушивая еле слышное: «Одень меня. Холодно на улице, блин, шея болит». Боясь спалиться, герой нацепил на демона кепку, закрыв ему глаза. Прихватил кинжалы из когтей и пару гранат, от чего легкая куртка стала похожа на дутую. Помимо этого, в ней уже было много чего понапихано. А дальше до места подкинул зоолог, и шоу началось.

 

Первым делом Кай вызволил Нинель, продемонстрировав умение метать кинжалы. Рыцарь достал гранату и, не мелочась, швырнул ее в старшего рясочника. Но зараза увернулся и прикрылся телом мертвого последователя, поэтому за него взялся Кай.

— Мне говорили: сжигать людей – моветон[2]. Но я считаю запах жареного мяса вкусным, поэтому готов побыть плохим мальчиком, — коктейль молотого упал, разбрызгивая пламя, брызги обратили человека в факел, познавший всю прелесть наказания, которому он подвергал неверных вере.

Оборотень благоразумно сбежал, наплевав на всех. Он наемник, ему можно.

 — Живее, до рассвета меньше часа, нужно успеть заложить взрывчатку, — скомандовал демон, доставая Си-4, провода и детонатор. — Собираем на коленке и молимся, чтобы не взорвался, пока мы рядом. Бегом!

Не успели они приступить, как портал заработал, и из него показались люди. Новые храмовники сразу же напали, с ними были обычные люди, взявшиеся за мечи и луки. Девушка метнулась к выходу, крича имена друзей, но не успела пробежать и половины пути. Адонис кинул вторую гранату, она попала недалеко от заложенной взрывчатки. От взрыва половина людей умерло, демон невыразительного серого цвета, прибывший с храмовниками, сорвался с цепи и попал на второй заряд.

Как это часто бывает, заклинания не всегда работают правильно, особенно когда их не заканчивают или вносят в них не предусмотренные изменения.

Перед глазами все завертелось, портал стал воронкой и засосал всех, кто был в убойном цехе, включая сам цех и нарисованную пентаграмму. Наблюдавшие это люди терли глаза и начинали верить в магию, ибо иными словами произошедшее объяснить не удавалось.

 

Кай очнулся первым, подполз к Нинель, убедился – жива – с трудом поднялся и вновь упал, ползком приблизился к Адонису – жив.

— Очнитесь. Давайте, приходите в себя, — просил бес. — Мы дома.

Безрадостный голос, полный страха, заставил друзей пошевелиться и осознать, какой дом имеет в виду демон.

— Только не это, — взмолилась принцесса, вцепляясь в свой выпавший из-под одежды чемодан-аптечку.

— Боюсь, Кай прав, мы в королевстве Эмманалия, — убитым голосом подтвердил рыцарь, осматривая распростершиеся в четыре стороны степи с редкими деревьями, и замок короля, выделяющийся на фоне окружающей пустоты.

[1] Каспер – дружелюбное приведение.

[2] Дурной тон

 

ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ....

15 комментариев на «“Повраги том 2”»

  1. Стася:

    Ура! Дождалась!
    Умилилась от фразы Адониса «Хотел бы думать иначе.»
    Жду продолжения.
    P.S.
    Вот бы мне также экзамены в мед. сдать как Нинель.

  2. Alina:

    Утипути, как же это мило — пальчики разминать :))))
    Правда что с ним случилось за эти, как я посчитала, 3 дня — непонятно.
    Мило-мило, пойду читать вторую главу 😉

  3. Стася:

    Электрошоковой терапии ему не хватает. А если серьезно, то Адонису стоит привязать этого безрогого козла и поговорить.

    • Отличный вариант, но с Каем не пройдет. Будет плеваться ядом пока не укакошат. Не волнуйся, на его психоз найдут управу и успокоят. Ну или упокоят, если перестараются.

  4. алина:

    Вот и закончился 2 том…Могу сказать только СПАСИБО за хорошую книгу,ведь это талант так увлечь читателя в то место,в те события. Создавалось впечатление,что сама становишься участником всего происходящего. Молодец. Очень нравится,как ты можешь передать эмоциональную сферу событий, за счёт этого и всё пропускаешь через себя. Вот,например, куклы брата Кая у меня до сих пор не выходят из головы,ужасающее зрелище… Как Кай только заикой не стал))) Очень трогательны,каждая по-своему, сцены спасения и любви между Нинель и Каем…Короче, ждём продолжения)))

  5. секрет:

    Я очень сильно люблю читать хорошие книги но вот хороших книг мало и эта книга одна из немногих которые понастояшему зацепили меня

  6. Женя:

    Великолепная книга, очень классно. Просто невообразимый талант, очень жду 3 том!!!!!! Умиляюсь от того, как Кай просил научить его вязать шарфик

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *