Повраги, или Друзья познаются в беде.

с второго свитка

1 глава

В свете последнего дня, в течение которого демон откинул когти, за ним пристально следили. А то, взбодрившись, он едва снова не повредил спину, упав с кровати. Последствия ушедшего жара и переломов давали знать еще три дня: Кай много спал, плохо ел, и все норовил улизнуть, несмотря на сильные боли при резких движениях. По мере выздоровления уследить за ним становилось все сложнее – на четвертый день он смог добраться до окна, но не смог вылезти. Пальцы отказывались слушаться и втыкаться как когти в бетонное покрытие. Хвататься же, как это делают люди, демон не умел.

Вернулся он в комнату раздосадованным, со сбитыми в кровь костяшками. Нинель, упустившая его из виду, всплеснула руками и помогла вытащить из ран застрявшие кусочки камня.

— Кай, пожалуйста, будь аккуратнее. Мы еще не отошли от твоей попытки ухода на тот свет. Ты хотя бы представляешь, как сильно нас наспугал?

— На самом деле нет, не представляю, — признался он, шипя и не позволяя ране затянуться, пока ее не очистят от мусора. — По-моему, ты не особо хочешь домой.

— Да причем здесь это?! — рассердилась Нинель, слишком резко дергая пинцетом. — Ты чуть не умер!

— Так говоришь, будто причиной вашей печали стала бы моя смерть, а не потеря возможности возвращения домой.

Рыжеволосая девушка глубоко вздохнула, облила рану перекисью в качестве мести, и позвала жениха, желая ему пожаловаться.

— Адик! Я с ним с ума сойду!

Из кухни выглянул Адонис. В его левой руке находилась неочищенная картошка, а в правой нож.

— Что ты опять учудил, шут гороховый? — со вздохом спросил мужчина.

— Ничего, — нахально ухмыльнулся бес и попытался пальцами зацепить пульт от телевизора. К его разочарованию, это не получилось. — Как продвигаются поиски работы?                 

— Да никак, — горько усмехнулся «предатель родины», так он себя называл после спасения демона. — Без стажа нигде брать не хотят. А где хотят, то я по профилю не подхожу. Опять буду перебиваться подработками. Вот сегодня на ночь иду вагоны разгружать.

— Адик, может, все же я пойду работать?

— А может все же не надо? — первым воспрепятствовал подобному Кай. — Ты нас тоже порядком напугала не так давно, еще не отошли.

Нинель показала парням язык и отвернулась, раздраженно оседлывая стул на колесиках и включая компьютер. На этот процесс хвостатая нечисть смотрела с вожделением. Потеряв источник сбора информации в виде когтей, в интернете бес видел заменитель, но пока не мог им пользоваться.

Адонис одарил демона и принцессу усталым взглядом и вернулся к приготовлению обеда. Сегодня его невеста следила за неугомонным бесом, а он готовил. И это рыцаря устраивало. Так как лишний час нахождения в одной комнате с Каем мог плохо кончиться для последнего из-за его непутевого языка и плохо сочетающегося с этим фактом взрывного характера мужчины. Отчасти ситуацию понимал и демон, не пристающий лишний раз к рыцарю. За него в двойном размере отдувалась рыжая белочка, как ее называл Кай.

— Белочка. Рыжая белочка! Рыжик! Принцесса! Госпожа невинность! Ну, блин, отвлекись от пасьянса!

— Чего тебе, о страх и ужас нашей квартиры?

— Да я тут подумал, раз на ночь мы окажемся совсем одни, может, чем-нибудь интересным займемся?

— Посмотрим ужастик, нажремся попкорна и втихаря утянем из холодильника пиво?

— У нас нет в холодильнике пива, но попкорн можно организовать. Я вообще не об этом, — пошло посмеялся рогоносец и, пытаясь почесать между рогами, неожиданно воскликнул, — Ох уж эти руки! Ненавижу находиться взаперти! Слишком цитадель напоминает!

Оглянувшись, принцесса натолкнулась на злой и напряженный взгляд Кая, когда тот из всех своих сил пытался пошевелить пальцами.

— Слушай, у нас еще остались деньги из того дипломата, может, купим какую-нибудь штуку, ненужную, но веселую. Приставку, например, то есть игрушку.

— Как куклу что ли? — не понял демон, роясь в чужой памяти. Куда-то он откладывал на долговременное хранение информацию о всяких веселостях этого мира, среди которых были предложенные Нинель средства развлечения.

— Нет же, игровую приставку. В общем, сейчас покажу, — найдя в интернете нужное видео, она показала его бесу, все еще силящемуся найти в голове нужную информацию. Тот тут же вспомнил, что именно имела в виду принцесса.

— А! Понял! Но мне все равно потребуются пальцы, а мои не работают, — он окончательно расстроился и ушел к себе в комнату. — Прыгать из окна не буду. Не дурак. Так что расслабься, роль няньки окончена.

 

На обед Кая из комнаты вытянули и в принудительном порядке накормили. Нинель вообще очень беспокоило голодание черта: он не ел, пока его не заставляли, чувство голода будто пропало из ассортимента его потребностей. Вечером, не дождавшись ужина, Адонис ушел на работу, и Нинель сделала попытку поговорить с бесом.

— Кай, я не могу не спросить тебя: что с тобой? Но ты не ответишь, поэтому я сама сделаю предположение. Мне кажется, что ты в последнее время что-то от нас скрываешь и сильно нервничаешь из-за этой тайны. Отсюда и симптомы, — начала Нинель, и Кай ей усмехнулся, продолжая попытки поднять со стола чайную ложку; он думал сострить, но подавшаяся вперед шустрая девушка-белочка ловко заткнула его рот ладошкой. — Я не буду настаивать на том, что бы ты нам все рассказал. Просто ты реагируешь по-человечески, а люди от такого болеют. Я очень не хочу повторения подобного недавнему происшествию. Не знаю, поймешь ли ты меня правильно, но прошу, не мог бы ты сам следить за собой в плане «вовремя и правильно питаться». Это не значит, что мне неприятно за тобой ухаживать, но мне неприятно, что ты будто плюнул на свое здоровье.

Демон моргнул, ему нравилось ощущать девичий аромат и чувствовать ее мягкую кожу на своем лице, но, тряхнув головой, он скинул ее руку и, облизнув с губ остаток букета, сказал:

— Я услышал тебя. Ты заботливая белочка. Может, объяснишь мне кое-что?

— Если смогу.

— Это оказалось сложнее, чем я думал, — признался бес, — Люди так уверенно и легко управляют пятерней, а у меня не выходит даже удержать пальцами чайную ложку, — попытка продемонстрировать дрожащую от напряжения руку, на которой едва сгибались пальцы. Хвост беспокойно метался по полу, начиная отбивать ритм неуспокоенной души, а бес все пробовал и пробовал поднять со стола столовый прибор. — Такое несовершенное человеческое тело оказалось таким сложным. Несмотря на точно скопированные пальцы, от косточек до нервных соединений, я не могу освоить их.

Смущение демона заставило Нинель улыбнуться.

— Кай, все нормально, здесь не нужно смущаться, — Нинель решительно пододвинула стул ближе и, оказавшись вплотную, смело взяла руку Кая в свои ладони, начиная разминать его пальцы, помогая сгибать каждый из них по очереди, поглаживая, нажимая на подушечки и даря очень необычные ощущения, от которых хвост демона в начале взметнулся к потолку, а затем упал на пол, вяло шевелясь от накатившей неги. — В детстве я сломала кисть — неудачно упала с дерева, — поделилась она, продолжая свои приятные манипуляции. — Мои пальцы как онемели и не желали слушаться. Ни шить, ни вышивать, ни играть на арфе, я не могла даже держать чайную ложку, — улыбнулась она. — И тогда старый вояка, полководец отца, показал мне, как вернуть кисти подвижность. Смотри и запоминай.

Кай наслаждался массажем чутких девичьих рук, закрыв глаза и не слушая умных слов. За это получил по рогам половником.

— А? Что? Где?

— Когда и как, — передразнила его девушка, расстроившись. — Я же для тебя стараюсь.

— А я получаю удовольствие от твоих стараний, — попытался Кай перехватить тонкую кисть и постарался помять ее в ответ, однако ему не удалось даже удержать девичью ручку. — Не думал, что пальцы это так сложно, обычно все делаю хвостом.

В доказательство слов бес ухватил руку девушки пятой конечностью и подтянул к себе, лизнув самые кончики. И получил между рогов половником еще раз.

— Дева целомудренная!

— И почему из твоих уст это слышится как оскорбление, — нахмурилась Нинель, поднимаясь. — Привыкай к рукам!

Принцесса хотела было уйти, но, заметив складку между бровей демона, вновь села и взяла его ладонь в свою, сделав вторую попытку помочь:

— Показываю еще раз, в этот раз не придуривайся.

С притворным вздохом, Кай просмотрел весь комплекс упражнений, и под надзором принцессы попробовал повторить, шевеля едва работающими пальцами.  Он даже не представлял, какие мысли бродили в рыжей головке. Нинель запуталась. Она еще не до конца понимала, что в ней поменялось, но это изменение толкало ее к эшафоту, выросшему поперек дороги жизни.

— Ты жалеешь о потере когтей? — спросила она.

— Нет, — просто ответил он и, нарушая идиллию, вновь надел ухмылку. — Я вот думаю в оборотни податься, буду иметь две ипостаси, одну из которых пристрелю во избежание конкуренции. Демона или человека? Ты как думаешь, кто из них лучше в постели? Хочешь проверить демона, пока он еще тут? — предложил бес, подмигивая и пытаясь ухватить девушку за талию.

Мучительно краснея и резко подскакивая, принцесса увернулась от тянущейся к ней руки, ее глубокий вздох и осуждающий взгляд был подобен удару кнута. Резко отвернувшись, она задрала носик и, сухо пожелав: «Спокойной ночи», — ушла в свою комнату, запирая дверь. Там девушка позволила себе покричать в подушку, побить подушку и придушить подушку, представляя на месте постельной принадлежности одну наглую рожу.

Она начала привыкать к придури их адова приятеля, но каждый раз чувствовала укол обиды. Только что сидели и нормально общались, и тут новое напоминание его испорченности.  

— Спокойной ночи, принцесса, — тихо пожелал демон, пошевелив двумя пальцами и сжав ладонь в кулак. — Спасибо тебе.

Впереди была вся ночь, которую несостоявшийся инвалид провел плодотворно, обращая обездвиженные кисти в ловкие, чувствительные органы своего тела.

Входная дверь открылась и впустила уставшего, терпко пахнущего потом Адониса.

— С возвращением, кормилец наш!

Усталый взгляд из-под нахмуренных бровей, и Кай утек обратно на кухню, а раздосадованный чем-то рыцарь отправился в душ, сразу бросая свои вещи в стирку и ставя это безобразие на кипячение.

Кай дождался, когда представитель света выйдет из душа, закутанный в полотенце, и спросил:

— Тяжелый день? Вагоны от поезда отрывал, людей из пассажирского выгружал путем снятия с рельс и сотрясания, пока сами через двери не вывалятся?

— Ничего подобного, — устало ответил ему рыцарь, и ушел в зал к шкафу, натянул треники и завалился на заранее разложенный диван. — Сам-то почему не спишь? — ему не нужно было оглядываться, чтобы почувствовать присутствие нечисти, застывшей в дверях.

— Посмотри, — Кай продемонстрировал, как его ладони с усилием сжимаются в кулак, затем как каждый палец по отдельности распрямлялся, вновь делая ладонь раскрытым лепестком, увенчанным черными ногтями.

— Быстро ты, я думал, тебе месяцы на это дело потребуются. Короче, холодец, то есть молодец. А теперь, иди спать! — рыцарь перевернулся на живот.

Зевнув и заметив за окном признаки рассвета, черт не стал обходить разложенный диван, а с места прыгнул расслабившемуся Адонису пятками на спину, отчего тот охнул и едва не саданул кулаком по наглецу, но шустрый демон уже отпрыгнул к своей двери и, вильнув хвостом вместо пожелания хорошего сна, закрыл дверь.

— Эй, — позвал его требующий справедливости рыцарь. — Раз все равно разбудил, ответишь на вопрос?

— Если ты ответишь, что случилось на работе.

Недолго сохранялась тишина. Адонис не хотел говорить, но решил высказаться.

— Отвечу, это как раз касается моего вопроса. Сегодня. По моей вине ранило человека. Все убеждают меня, что я не виноват. Поскольку они не знают, что именно я толкнул тот вагон. Я не показал им своей силы. Просто не видел того юнца, подлезшего под вагон.  В общем, молодому парню повредило спину. Не так сильно, как тебе, но есть шанс, что он станет инвалидом. 

— Надеюсь, ты не хочешь притащить его к нам и заботиться до конца дней его, посмеялся бес.

— Хватит шутить! — рыкнул Адонис. — Я должен спросить, даже если ты не человек, то твой ответ не будет сильно отличаться, верно? Так вот. Спрашиваю. А что, если бы ты не вернул подвижность телу? Как бы ты жил? Что тебе было бы нужно?

Разговор через дверь позволил Каю скривиться от подобных мыслей и стряхнуть с плеч набежавшие мурашки. Затем он улыбнулся, создавая диссонанс своей улыбки и ответа, жалея, что через дверь его не видят.

— По всей видимости, ты надеешься в моем ответе найти облегчение. Если так, то тебе лучше лечь немедленно спать и заткнуть уши. Доня, тебе не понравится мой ответ. Но если хочешь, то слушай. Я люблю жизнь, со всеми ее прекрасными и мерзкими чертами. Но в той же мере я уважаю вас: тебя и Нинель. И не стал бы обременять собой, особенно если остался бы целиком неподвижным калекой, — Через дверь было хорошо слышно, как судорожно втянул в себя воздух бес перед ответом. — Мне потребовалась бы помощь. Твоя помощь. Ты спросил, в чем я нуждался бы? Я бы попросил убить меня. Именно такое милосердие мне было бы нужно.

— Спасибо, — пришел непредвиденный ответ из-за двери.

— За что? Вроде лишь раны растеребил, — удивился Кай.

— За откровенность.

Кай услышал скрип дивана и шорох одеяла, и только после тихо прошептал:

— Хотя, учитывая мое оставшееся время, может быть, я бы и обременил вас.

 

Нинель встала и обнаружила обоих представителей мужского пола по своим спальным местам. Махнув на них рукой, девушка отправилась в душ. Зубная щетка и паста, вместо привычного порошка родного мира, сотворила с ее зубами чудеса – зубы стали на удивление белыми. Показав своему отражению язык, она оделась, собираясь позавтракать. На холодильнике нашлась оставленная ранее книжка. Затворить все двери и посидеть в тишине – отдых мыслям. Купленные накануне йогурты и свежезаваренный чай – небогато, но сытно.

Нинель пыталась сконцентрироваться на книге, но мысли неожиданно перекинули ее на фразу Кая, сказанную накануне:

«По моему мнению, ты не особо хочешь домой».

Ложка резко остановилась, и созданный водоворот медленно понес чаинки по краю кружки на последний круг, позволяя им упасть на керамическое дно. Нинель откусила хлеб и, жуя, осмотрелась. Небольшая кухня, полки с мелочами, шкафчик с посудой, три стула, стол, холодильник, раковина, окно с узким подоконником, за окном мир. Так мало и так много. Родное – не родное. Правильное – неправильное. Все в этом мире было им не родным и неправильным, серым, без острых граней, с границами, которые каждый мог создать себе сам. Это напомнило ей о Лайвисла – материке с самым большим количеством метисов и свобод, самом большом материке на их... планете.

Отпивая чай, Нинель тихо засмеялась. А ведь действительно, материки другие, звезды другие, все другое; может, Сайнтарз это действительно не просто другой мир, а другая планета, не важно, сколько общего у него с этим? Кто знает. Хочет ли она обратно?

Положив в рот ложку йогурта, принцесса поняла – не хочет. По многим причинам. Перво-наперво, ее там никто не ждет. Отец разве что, но ждет он ее только для того, чтобы выдать замуж и поскорее получить наследника. Мама, сестры и братья – все мертвы. Сейчас, с данными ей знаниями, Нинель знала – жизни ее семьи унесла холера. Жители ее мира болели редко, но метко. Несмотря на смерть семьи, у Нинель оставался Адонис, который был достаточно взрослым, чтобы успокоить, достаточно большим, чтобы носить на руках, гладя по спине, и достаточно сильным, чтобы защитить от врагов отца. У нее и сейчас был он. Все такой же большой и сильный. А еще у нее появился Кай. Полная противоположность ее жениху. Наглый болезненный козел, который активно трепал молодой паре нервы. Он сбивал с толку. Вроде бы милый, а страшный, вроде бы добрый, а злой, вроде бы сильный, а к смерти погостить так и просится. А еще он никогда не называл ее по имени, и из его уст все эти белочки, принцессы и благородные девицы слышались как насмешки. Плюс его пошлые приставания и намеки, не совсем понятные в контексте сводничества с Адонисом. К чему это?

Нинель закрыла книгу, отчаявшись понять хоть строчку, ощутив острое желание побиться головой об стол. Она была уверена, шутливые приставания Кая не несут для ее чести никакой угрозы, скорее, она сама станет для себя угрозой, все чаще ощущая желание срочно выйти замуж.

Этот мир давал слишком много свобод и жажду этими свободами пользоваться, лишь нравственное воспитание мешало Нинель обрезать покороче все свои юбки. Увлеченная неожиданной идеей, она побежала в магазин с очень низкими ценами и купила себе обновку. Мысленно уже понимая, какой нагоняй получит за это от Адониса, принцесса отметила заинтересованный взгляд продавца и пошла домой.

А дома оказались гости.

— Вау! — тут же подскочил к ней студент уфолог. — Вам очень идет!

Принцесса, не рассчитывающая показывать наряд никому, помимо сожителей, криво улыбнулась.

— Решила сменить стиль.

В гостиной ее смогли рассмотреть и Адонис, подавившийся вдохом, и Кай, вытянувшийся в струну.

— Очень резкая перемена, — заметил он, стуча по спине кашляющего рыцаря. — Но тебе идет.

В отличие от демона и уфологов, Адонису не понравилась смена целомудренного стиля на капроновые колготки, короткую бардовую юбку и блузку. К тому же короткая куртка делала этот наряд еще более вызывающим. Однако его возмущенный голос в череде восторженных просто утонул.

Нинель, смущенная вниманием, спряталась в своей комнате. И Адонис ждал, когда все разойдутся, чтобы поговорить с невестой. Но потеря когтей Каем всех так всполошила, что уже порядком замученный демон не мог избавиться от гостей в течение часа. Он очень хотел прыгнуть в окно, но его руки еще не могли послужить достойным партнёром и не заслужили доверия. Естественно, можно было просто спрыгнуть и дворами-переулками бежать, прячась в подъездах, пока гости не уйдут, но вместо этого черт придумал, как использовать покровителей.

— Видите, — демонстрируя руки, — очеловечиваюсь. Это из-за того, что нам не удается найти нашу «летающую тарелку»! Поможете?

Адонис не планировал втягивать в их проблему поиска посторонних, потому, желая остановить Кая, наступил ему на хвост. Но Кай не обратил внимание на боль и как ни в чем не бывало продолжил:

— Дело в том, что наша возможность попасть домой может выглядеть как любой предмет, которому предписывают загадочные магические свойства. Нам нужна ваша помощь, найти такой предмет! Что скажете?

Бурное согласие едва не приперло демона к стенке и ужаснуло количеством поступивших объектов для проверки, начиная от школьного ластика и заканчивая волшебными люками, в которые все проваливаются.

— Кстати о школах, в них всегда ходят одинаковые легенды. Как под копирку, — поведал Андрей.

— О! А ведь точно! Все люди, чьи знания я собрал, имели память об одних и тех же тайнах школ: оживающая анатомическая модель, тринадцатая ступенька, появляющаяся в двенадцать ночи в полнолуние, призрак девочки, выглядывающей из зеркала, туалет, в котором пропадают ученики, медсестра, прячущая трупы, и прочие лишенные логики истории. Но где замешаны легионы, логика пасует. Надо все это проверить! Доня! — поворачиваясь к Адонису, который с такой задумчивостью осматривал хвост, будто выбирал между растоптать или перегрызть. — Я знаю, кем ты пойдешь устраиваться работать завтра!

Выгнав покровителей искать «ветряные мельницы» для блондинистого Дон Кихота, Кай вновь озадачился подвижностью своих пальцев, не реагируя на рычащего над ухом Адониса, категорически отказывающегося озадачивать других людей своими проблемами. Не найдя никакого отклика в демоне, рыцарь постучался к Нинель, собираясь повлиять хотя бы на нее.

— Уже все ушли? — спросила девушка, открывая дверь.

— Да. Я хочу с тобой поговорить.

Посмотрев на серьезное лицо жениха, принцесса тяжело вздохнула.

— Это по поводу короткой юбки?

— Да.

— Об этом я не хочу говорить, — закрыла она дверь перед носом Адониса.

Кай противно захихикал.

— Смирись, Доня, у принцессы переходный возраст. Запоздалый, но переходный. Если я правильно понял каноны этого мира, то милая девочка скоро отколет нечто такое, после которого короткая юбка покажется тебе сущим пустяком. Но уж лучше так переболеть, чем на цепи с переломанными костями.

— Ты это о чем?

— Я что, вслух сказал? — вскочил с дивана демон, застыв в напряженной позе с всклокоченными волосами. Он даже оскалился, окончательно наводя рыцаря на не самую приятную мысль.

— Да, вслух. Не расскажешь подробности?

— Нет!!! — рык в ответ.

— Ну и ладно, — расслабился Адонис, не желавший еще больше сочувствовать Злу. Что-то подсказывало ему, что если он узнает о прошлом этой нечисти, то ситуация усложнится окончательно. — Тогда расскажи, о чем ты болтал. Какая еще новая работа?

Кай медленно расслабился и сел на диван, по-турецки сложив ноги и начиная ковыряться в растрескавшихся когтях на ногах: судя по всему, под ними тоже были пальцы.

— Ты будешь устраиваться в школы работать, физруком или уборщиком, не мое дело. Главное – попасть на территорию. Попал – расспросил – я проверил. Как раз верну пальцам подвижность, и это будет не так сложно. Хм! У меня нет отпечатков пальцев, только заметил. Где мои дактилоскопические линии[1]? Быть мне неуловимым вором!

— Кай! Ты можешь на одной теме сконцентрироваться!?

— Могу, но я уже все сказал.

— А я можно с вами? — выглянула из комнаты Нинель. — Я могу притвориться студенткой и проверить институты и колледжи.

— Отличная идея! — подскочил с дивана бес. — Завтра же отправляемся всей командой!

 

Сказать оказалось проще, чем сделать. Весь день сохранялся относительный мир. Адонис сдерживал раздражение, Кай суетился как укушенный за зад заяц, которому пребывание в четырех стенах давалось с большим трудом, а Нинель по интернету искала институты, в которые пойдет она; школы, в которые пойдет трудоустраиваться Адонис; и школы, которые позже посетит ночью Кай.

Вновь работающий ночью грузчиком Адонис утром никуда не хотел идти. Усталость помешала ему прибить слишком активного демона, да и вертящаяся рядом Нинель, выбирающая ему и себе одежду, мешала прицелиться.

— Кай, вот список школ, в которые Адонису не попасть – когда руки будут хорошо работать, проверишь их.

— Понял, — протянул демон, остающийся один.

Дверь закрылась, люди ушли, а он посмотрел на руки-предатели и подошел к окну. Неуверенно сжавшиеся пальцы едва не разжались, не выдержав веса беса, но Кай вовремя перевел упор на ноги и отвел правую руку выше, к чужому подоконнику. Зацепился, почувствовал дрожь и неуверенность перед тем, как смело повис всем весом на одной руке. Подтянулся, ухватился другой рукой, перевел на нее вес тела.

Финиш – крыша. Упав на нее, растирая перенапрягшиеся кисти, Кай испытал счастье. Его хвост, работающий весь подъем в качестве страховки, хлестал кнутом. Ночь – время тьмы, и следующую бес планировал не тратить впустую.

Его мысли переключились на поврагов. На этих странных людей, мотивы и поступки которых демону оставались непонятны. С ними он чувствовал себя как в свободном падении, так просто, так прекрасно, но знал – приземление убьет его. Нельзя оставаться в подвешенном состоянии, это проявление слабости, но для себя Кай желал сделать исключение и продлить эту сладкую неопределенность. Разве есть смысл лишаться удовольствия, когда время может закончиться в любой момент?

  Завершая очередное сальто, он неожиданно остановился. В голове промелькнула человечная мысль: «А что будет с его поврагами?»

Расклад со свадьбой, детьми и смертью в глубокой старости казался идеальным. Однако вместе с этим сознание пыталось осмыслить нечто из разряда сложных человеческих чувств. Вопрос скорее звучал так: «Какого будет его поврагам, когда он умрет?». Кай застыл. Он не понимал. Эмпирически невыносимо, слишком сложно и много эмоций, демон узнал из этой массы чувства глубокого переживания и горя, и на секунду его застопорило: «Нет, не понимаю. Выходит, даже если мы не вернемся домой, от моей смерти им будет плохо. Но если я найду такое место, в котором меня обнаружат далеко не сразу, то им будет легче?»

Кай сел на крышу и один раз с силой ударился об нее лбом. Из раны потекла кровь, боль и алые капли отрезвили.

— Я жив! Я найду легионы! Не должен думать о смерти! Не думать!

Пошел снег. Вначале первая, затем три других, снежинки попали на его кожу и растаяли, слезинками очерчивая линии на теле.

К черту план, он жив сейчас!

Бес совершил головокружительный прыжок, достиг соседнего здания — проверив кисти на прочность, повис на пожарной лестнице, забрался на высотку, перемахнул антенну и бросил тело вниз, за десять этажей до конца, зацепился за подоконник, на хвосте повис на балконной решетке и вновь поскакал вверх, не скрываясь от глаз, будто доказывая – он жив, он есть, он среди людей.

Пробежав полгорода, черт нашел Нинель: девушка сдавала экзамен в медицинский университет. И, судя по уверенности, с которой она писала на листе, сдать она должна была без проблем. Сидящего на столбе демона за окном принцесса не видела, сосредоточенно черкая ответы и иногда хмуря лоб в особо сложных местах.

— Ах ты лиса! Нинель, ты давно это придумала? — подивился бес расчётливости принцессы, которая даже демона обдурила. Он тоже не подумал о стремлениях девушки стать самодостаточной. А тут и предлог нашелся подать заявку на поступление. Она же собиралась в ближайшую к дому академию, а потом сразу домой, чтобы Адонис не волновался, а на самом деле пересекла полгорода и успела на экзамен. 

Его заметили. Красные глаза буквально прожгли крикливого студента, пытавшего привлечь внимание друзей к рогатой фигуре, чей хвост обвил столб.

Злой рык, студент в панику, а демон прыгнул на крышу. Нинель обернулась на шумный двор и успела увидеть знакомую черную кисточку хвоста. В ее голове появилась наивная мысль подкупить силы тьмы во имя ее предположительно светлого будущего. Тортиком, например.

Адонис тоже заметил игрока в шпионы не сразу. А когда заметил – едва голову граблями не снес, да незваный гость уклонился.

— Трудишься в поте лица?

— Уйди, язва, — сплюнул рыцарь, но быстро смягчился. — Смотрю, с руками освоился?

— А то! — шевеля всеми пальцами. — Я умею приспосабливаться к новым условиям.

 — Я заметил, — Адонис скривился, имея в виду ситуацию в целом, не только руки. — Ночью, посмотри в школе. Узнал у детей про анатомический манекен в кабинете биологии, про ступеньку на третьем этаже правого перехода и о странном знаке на крыше. Заметишь где легионы – позовешь. Только не переполоши там всех! Эй! — крикнул рыцарь, наблюдая, как хвостатый бес поднимается к открытому окну. — И кому я это говорю, — Послышался крик из здания. — Все равно не слушает, — Криков стало больше. — И не собирается слушать, — Громко завопила пожарная тревога. А дворник, не обращая на нее внимания, продолжил сгребать сор в кучу.

Дети, ведомые взрослыми, были выведены на улицу, приехали полицейские и пожарные машины, кругом паника: мелкие пищат, старшие кричат, правоохранительные органы подверглись уникальным испытаниям примеряя амплуа охотников на нечисть. И только дворник не обращал на суету внимания.

Была бы там Нинель, она бы узнала майора Степана Федоровича Саванова, приходившего проверить шумных жильцов. Кай не знал, что шустрый человек в форме, смогший загнать его на крышу, давно присматривался к странным жильцам дома номер сорок, квартиры семьдесят семь и обещался стать проблемой его жильцам, на которых за короткое время было подано огромное количество весьма странных жалоб: начиная с «приютили Сатану» и заканчивая «продали ему наши души».

В первый момент Степанов удивился полуголому парню с хвостом и рогами, беспечно пинающему анатомическую модель, и только затем он выхватил пистолет и произнес дежурную фразу: «Стоять! Поднимите руки над головой!».

Демон оглянулся на человека, улыбнулся ему в тридцать два клыка и прыгнул. Выстрел привлек внимание остальной группы, и она поспешила на звук, но к тому времени бес уже стоял на крыше и в него повторно целились; впрочем, Кай не посчитал человека угрозой, поэтому вел себя беспечно, проверяя миф о начертанном знаке на крыше. Знак нашел, определил его как «начертанная гвоздём херня» и собирался скрыться из шумного места.

— Стоять! Вы арестованы!

— И посажен в клетку, и сдан ученым на опыты, и мертв! — обернулся демон и выставил руки, сложенные пистолетом. — Пиф-паф, ой-йой-ой! Умирает демон мой! — посмеялся Кай и зарычал.

От звуков противоестественно звучащего голоса, майору пришлось постараться, удерживая свои колени не согнутыми. Повраги, привыкшие к этому звучанию, не обращали внимание на потусторонние нотки, вздрагивая лишь когда голос становился по-настоящему нечеловеческим, но для обычного человека и этого хватило, чтобы испугаться и принять существование потусторонних сил. Руки задрожали, прицел сбился, и демон беспрепятственно перепрыгнул на столб электропередач, с него на соседний, а там на крышу, и скрылся, спрыгнув со здания в неизвестном направлении. Прибежавшие с опозданием и не видевшие нелюдя оперативники восприняли испуг коллеги за трудовую истерику, и постарались дать ему отпуск. Майор Саванов отпуск не взял и продолжил свое расследование, касающееся жильцов квартиры семьдесят семь дома сорок и появившегося в Москве демона.

Адонис проследил путь убегающего демона и провел по лицу рукой, желая стянуть с себя налипшее напряжение и не сломать грабли в порыве накатившей злости. Пока он себя сдерживал, нить его терпения продолжала истончаться, грозясь лопнуть в самый неподходящий момент. На благоразумие нечисти он не надеялся. К вечеру его уволили, за некачественную работу. На памяти директора, впервые увольнение принимали с такой радостью.

— Ты зачем это сделал!? — напустился вечером Адонис на Кая.

— Что сделал? — виновник притворился идиотом.

— Устроил балаган!

— Время экономил, — как само собой разумеющееся ответил бес, шкодно виляя хвостом.

Адонис хотел залепить в наглую рожу кулаком, от которого Кай уже был готов уклониться, когда вмешалась Нинель.

— Кай, а сколько у нас осталось времени, раз ты так торопишься?

Демон почесал шею и ответил.

— Два месяца, полагаю.

— Так мало?! — разом воскликнули повраги.

— Да, так мало, — подтвердил Кай и прошел мимо них, к окну. — Попробую сегодня еще поискать. В прошлый раз я почувствовал легионы, не касаясь. Может, и в этот раз повезет.

— Только если это не потребует ничьей жизни! — мгновенно напрягся рыцарь.

— Потребует! — повысил голос демон и прыгнул в окно.

— Паршивец! Только попробуй! — прокричал ему вслед Адонис и закрыл окно, через которое проникал холодный вечерний воздух.

— А он ел? — совсем о другом забеспокоилась девушка.

— Да пусть хоть с голоду бы сдох!

— Не говори так, Адик, — погрустнела Нинель и подошла к плите, собираясь разогреть суп. — Ты все еще его ненавидишь, я знаю. Но он не так плох, как хочет казаться. И эти его голодовки меня действительно напрягают.

— С чего бы это?

— Это ты эксперт по демонам, не я, ты мне скажи, — Ставя кастрюлю на плиту и зажигая газ.

— Я эксперт их пыток и убийства, а не физиологии и быта, — фыркнул рыцарь. Разговор ему не нравился.

— Но может ты замечал нечто, когда… общался с ними.

Адонис цыкнул, кое-что вспомнив. Одного демона прикрепили к цепям с петлей на шее. Каждый раз, когда демон пытался присесть, петля душила. Тогда он простоял без еды, воды и сна семь дней, на конец седьмого его нашли висящим в петле на подогнутых ногах. Вспомнился еще один, совсем молодой демон. Тот десять дней лежал с переломанными ногами и разбитыми когтями в камере, слизывая капли воды со стен. Его пытали все дни, прокалывая кольями тело и конечности. Раны залечить не давали антимагические цепи, но он упрямо жаждал жить и не умер. На десятый было решено избавиться от этого демона. Рыцарь помнил панику в красных глазах, твердую кожу под своими пальцами и предсмертный хрип.

На мгновение в голове помутнело, и показалось, будто вместо того разбитого, окровавленного, обессиленного беса от его рук умирает Кай. Враз стало не по себе, и пропал аппетит. 

— Демоны очень живучие. Если ему снова спину не сломают, ничего с ним не случится! — не вполне уверенный в своих словах, Адонис сел за стол и на силу съел суп. Видение агонии того убитого беса сменилось недавними воспоминаниями: горячее тело на руках, потухающий огонь глаз, расширяющийся зрачок. Эти воспоминания никак ни клеилось со здоровым, веселым и где-то пропадающим бесом.

Нинель тоже с трудом поела, посматривая в окно. За тортиком она все же сходила, желая дождаться Кая и попросить не сдавать ее авантюру Адонису, но демон не вернулся ни через час, ни за полночь, ни утром, ни днем, ни через день и не через два. Его нашли на ковре на третий день, вернувшись из магазина.

Он спал, стащив подушку с дивана.

Нинель заранее сбегала за аптечкой, а Адонис перевернул вернувшуюся нечисть на спину. Выглядел тот плохо, но смотрел весело.

— Тьфу на тебя. Нинель, он живой! Притворялся, собака!

— Принцесса, он врет! Чувствую себя загнанной лошадью, лечи меня! — поймав головой тумак, демон поднялся, и… покачнулся. Хватаясь за Адониса, с трудом восстановил равновесие.

Рыцарь зло отдернул руку, но из-за этого почувствовал, будто при всем честном люде пнул калеку.

— Как же ты меня бесишь, — обреченно выдохнул Адонис.

— Взаимно, — весело заявили ему.

Нинель, все еще обеспокоенная самочувствием пропащего демона, аптечку далеко не убирала, но несколько расслабилась, из-за того следующие события оказались для нее неожиданными.

— И как тебя брат выносит с твоими-то замашками? — Адонис тоже не ожидал, что этот вопрос приведет к перемене в настроении демона.

— Мой брат, это как я, но повыше и поплечистее. Он меня давно никак не выносит. Он мертв, — Не успел рыцарь принести соболезнования, как Кай продолжил. — Он был настоящий душка. Его любимая игра – прятки, и мы играли в нее до самой его смерти.

— Сочувствую, — растерялся Адонис. И попытался сгладить свою грубость, — А что с ним случилось?

— Он меня нашел, пришлось его убить, — С сияющей улыбкой заявил демон и резко прыгнул на рыцаря. Тот едва успел загородиться рукой, но не успел принять устойчивое положение и его легко завалили на пол. Острые зубы щелкнули у самого носа, казалось, только упирающаяся в тощую грудь рука не позволяла демону вцепиться в глотку. — Я сжал зубы на его шее и, когда он перестал дышать, вырвал ему сердце! — прокричал бес Адонису в лицо. И добавил. — Знаешь, демонические сердца невкусные, и жуются долго.

 — Ты монстр! — прохрипел Адонис, у которого от такой откровенности встали дыбом волосы на загривке. 

— А ты думал иначе?

— Хотел бы думать иначе! — резко выпрямляя руку, придавая тем самым необходимую инерцию бесу для прыжка.

Кай блестел красными глазами, скалился и никак не мог успокоить свое тяжелое дыхание. Нинель прижалась к стенке и смотрела на демона перепуганными глазами, а рыцарь резко поднялся, протягивая руку к мечу. Парень потряс рогатой головой и повернулся к окну. Перед тем, как вновь уйти, он прошептал:

— Я тоже думал иначе на его счет.

[1] Линии, формирующие отпечаток.

15 комментариев на «“Повраги том 2”»

  1. Стася:

    Ура! Дождалась!
    Умилилась от фразы Адониса «Хотел бы думать иначе.»
    Жду продолжения.
    P.S.
    Вот бы мне также экзамены в мед. сдать как Нинель.

  2. Alina:

    Утипути, как же это мило — пальчики разминать :))))
    Правда что с ним случилось за эти, как я посчитала, 3 дня — непонятно.
    Мило-мило, пойду читать вторую главу 😉

  3. Стася:

    Электрошоковой терапии ему не хватает. А если серьезно, то Адонису стоит привязать этого безрогого козла и поговорить.

    • Отличный вариант, но с Каем не пройдет. Будет плеваться ядом пока не укакошат. Не волнуйся, на его психоз найдут управу и успокоят. Ну или упокоят, если перестараются.

  4. алина:

    Вот и закончился 2 том…Могу сказать только СПАСИБО за хорошую книгу,ведь это талант так увлечь читателя в то место,в те события. Создавалось впечатление,что сама становишься участником всего происходящего. Молодец. Очень нравится,как ты можешь передать эмоциональную сферу событий, за счёт этого и всё пропускаешь через себя. Вот,например, куклы брата Кая у меня до сих пор не выходят из головы,ужасающее зрелище… Как Кай только заикой не стал))) Очень трогательны,каждая по-своему, сцены спасения и любви между Нинель и Каем…Короче, ждём продолжения)))

  5. секрет:

    Я очень сильно люблю читать хорошие книги но вот хороших книг мало и эта книга одна из немногих которые понастояшему зацепили меня

  6. Женя:

    Великолепная книга, очень классно. Просто невообразимый талант, очень жду 3 том!!!!!! Умиляюсь от того, как Кай просил научить его вязать шарфик

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *