9. Как потерять потерянного (2)

Аспид впервые проворачивал нечто настолько крупное. С настолько опасными ребятами. Даже Стая с ее террористическими идеалами на фоне группировки контрабандистов с Амнара казалась сопляками. У них не было, например, БМР, который был у этих ребят.

Началось все обыденно. Сталкер совершил обычные приготовления на случай если придется удирать: отогнал машину в поле, проверил боекомплект и приготовился морально.  Затем пришел полюбоваться на неудачливых конкурентов в петлях и делал это так долго и навязчиво, те, кого он искал его едва не убили. Так, на всякий случай, выстрелили в землю у ног.

— Свои, гады! — рыкнул на приближающиеся тени Аспид.

— Что гады, то видим, — посмеялись люди над видовой принадлежностью сталкера. В ответ им было змеиное шипение и угрожающе показавшийся раздвоенный язык. — Чего тебе, молокосос?

Такие встречи в открытую – для самоуверенных идиотов или очень торопящихся бизнесменов. Аспид причислял себя ко вторым, так как в первые причислять себя было обидно. Но он опасался, что преследующие его люди уже вышли на след и уже завтра могут настигнуть. Пришлось рискнуть и идти ва-банк.

— Хочу поговорить с Висельником и хочу от него денег, — вздернул нос сталкер, — говорят, вам нужны термоядерные батареи. Или лгут?

Люди посерьезнели. Вышли из тени под свет тусклого фонаря. И дали себя рассмотреть. Контрабандисты, понял наг. Не то что бы он не любил с ними связываться, но глаз цеплялся то за слишком хорошую одежду, то за дорогую обувь, то за золотые цацки. Он опасался связываться вот с такими удачными контрабандистами. Слишком уж часто удачливые парни считали его лишними глазами и ушами. Те, кто были попроще, на товар поплоше, напротив, радовались, когда у них появлялись прикормленные падальщики.

— Покажи, — потребовал похожий на жабу мужчина: низкий, зеленый, в бородавках.

— Ты, что ли, Висельник? — удивился наг, про себя откинувший это помпезное прозвище и начавший называть зеленого просто жабой. — За что так обозвали?

— Да так, — жаб неприятно улыбнулся и указал на столбы, — работа такая. Так что показывай товар или сам лезь на столб. Веревку, так и быть, одолжу.

Аспид не сомневался, стоит ему совершить лишнее движение и придется выколупывать из себя дробь или лечить ожог от плазмы, но и оставлять без мести жабу не захотел. Небрежно скинул рюкзак, чем вызвал у наблюдавших это контрабандистов непроизвольное желание отшатнуться. Достал мятый чемодан и улыбнулся при виде выпученных глаз, в которых читалось желание сбежать.

Чемодан был типовой и весь в ужасных вмятинах и царапинах. Еще бы, по пути в Радиум, на сотом километре от скал, Аспид столкнулся с валмонами. Хорошо зная о судьбе всех попавших к ним на клыки, он сопротивлялся отчаянно. И когда у него кончились заряды в бластере, иглы и даже допотопные патроны, он взял в руки чемодан с термоядерными батареями. Взовьётся – плевать! Попадать живым в когти валмонов – путь к медленной и ужасной смерти. Батареи не взорвались, а сталкер сумел выбраться, дополнив список самых ужасных моментов своей жизни.

Он открыл чемодан и продемонстрировал целые, не покорёженные батареи с завода Алка. Блокираторы батарей стояли на своих местах. Только убедившись в этом контрабандисты перестали изображать выброшенных на берег рыб и смогли думать не о ядерном взрыве, а о деле.

— Тьфу ты, падальщик полоумный, — жаб сплюнул. — Смотри, если работать не будут, мы тебя в слот вместо батарей запихнем!

Наг не дал отразиться на лице волнению и неуверенности. Откуда ему знать: рабочие они или нет. Впрочем, скоро это надлежало выяснить, причем самым безумным способом.

Они отошли от висельников в сторону помойки. Склад металлолома, так иронично назвали это место. Вонять меньше не стало. Чему Аспид не удивился. Возможно, среди покореженного металла гнило ничуть не меньше трупов, чем на виселице. Пройдя несколько гор мусора, они подошли к еще одной, укрытой маскировочной сетью. Под ней оказался бо-о-ольшой сюрприз.

У контрабандистов был БМР – огромная броня с трехэтажный дом ростом (сейчас в позе эмбриона в один этаж ростом). Слот для батарей был открыт как жаждущий пищи рот цыпленка и ждал, когда в него загрузят вожделенные термоядерные источники энергии.

На свалке было людно. Десять человек и все вооружены, верхом на броне, с ремонтным оборудованием, еще трое. Разочаровать такое количество преступных элементов очень не хотелось. Да и без разочарования – что им мешает удостовериться в работоспособности батарей и вместо монет выдать сталкеру пулю в голову.

Аспид это понимал. И трижды проклял свою жадность и умение влипать в авантюры.

Батареи поместили в слот.

Видимо, что-то должно было произойти уже на этой стадии, так как контрабандисты забеспокоились. Аспид тоже начал волноваться и переминался с ноги на ногу.

— Липа! — объявил жаб.

«О, Хосподи», — подумал сталкер. И тут же рванул прочь. Его не интересовало, каким образом липовые батареи оказались на известном заводе Алка, и он не стал ждать решения своей судьбы.

Не будь позади шестерок ему удалось бы уйти, и черт с ними, с батареями. А так – получил по ребрам, в живот и в челюсть, и был возвращен для разбирательств.

— Может, ваш робот ломанный или слот! — Аспид отчаянно хватался за возможность оставить кости целыми, а мозг в черепной коробке.

— Ага, — поддакнул жаб, — а бежал ты, желая найти доказательства?

— Не хотел, чтобы эти доказательства выбивали из меня! — огрызнулся падальщик, — мне-то откуда было знать, что они не рабочие?! У меня БМР нет, проверить, — сплюнул кровь.

— И мы должны тебе поверить? — жаб был ниже нага, поэтому Аспида усадили на колени, вывернув назад руки. Так Висельник мог смотреть в глаза обвиняемому и не опасаться удара.

— А почему нет, — наг нагло вздернул подбородок. — Не доверять у вас поводов столько же, сколько доверять. Я ведь тоже оказался обманут.

Жаб равнодушно пожал плечами: мне-то какое дело, что тебя обманули; мне есть дело только до того, что ты обманул меня.

Аспид буквально прочитал эти слова с зеленого лица и сник. Он прокручивал варианты, и все они были безрадостными. Он даже не мог решить, какой предпочитает больше: быструю смерть или долгое рабство. Желание жить предпочло последнее – из любой клетки можно сбежать. Но несостоявшийся покупатель выбрал средний вариант и достал станнер. Разряд электрошока пощелкал молниями в воздухе.

— Да ладно вам, — сталкер скривился, — пытать будете? А зачем?

— Для морального удовлетворения, — улыбнулся жаб и был послан на три веселые буквы, на которые говорливого нага пообещали посадить попозже.

Тут уж Аспид не выдержал.

Тело змеи было способно на невообразимую гибкость. Повернуть голову на сто восемьдесят градусов – без проблем, впиться ядовитыми клыками в руку – еще легче, раздвинуть ноги на шпагат и вывернуть их вперед, попутно ловя голову жабы – как делать нечего. Бросить насест для бородавок подальше и бежать сломя голову, нет, лучше ползти по трубе. Наги так умели.

Укушенный изошел пеной и преставился. Брошенный в подельников жаб громко и злобно ругался. Приказал немедленно найти и привести обратно ублюдка.

Все это видел Кот. Он умылся, как это делали его предки, когда у них был всего лишь один хвост и два глаза, и они предпочитали молоко мозгам. Думал возвращаться к хозяину, ведь ему здесь больше нечего было делать. Да он и не собирался ничего делать. Пусть бы убили эту змеюку. Было бы лучше. Аспид не нравился коту. Из-за него обычно спокойный хозяин переживал, а кот не любил переживать ни за кого, кроме себя и Мэга.

Он заскользил во тьме сгустком мрака и тут почувствовал, что с его хозяином произошло непредвиденное. В начале кот ощутил недоумение, затем укол боли и одно из двух сознаний в нем стало слабеть. Будто Мэг засыпал.

Горестно взвыв, мозгосос поспешил на помощь. Но тут услышал слабое: «Не ходи» — и остановился. Помялся на месте и рванул в другую сторону. Раз ему нельзя, он заставит пойти того, из-за кого его человек попал в проблемы.

Мэг сидел тихо. Он научился быть незаметным, пока жил в инкубаторе. Во внешнем мире этому пришлось учиться заново. К счастью, к маскировкам приходилось прибегать не часто, но в случаях, когда в Радиум приезжали посторонние и желали навредить «чистому», маскировка выручала. Она должна была помочь и сейчас, но вмешалась вещь, в существование которой врач не верил – Судьба. Если, конечно, этой странной силе было угодно втравить Мэга в неприятности, на которые он так рьяно напрашивался, преследуя Аспида.

Люди рыскали по холмам, но нага не нашли, зато споткнулись об Мэга. Буквально. Двое невнимательных контрабандистов были вырублены и уложены отдыхать, но пришел третий и в рукопашную не пошел. Достал бластер и пояснил: либо Мэг идет с ним, либо лежит на этом холме жаренный. Пришлось идти.

С него сняли противогаз и узнали:

— Э! Да этот «чистый» в «Бродяге» сегодня зажигал, — сказал один из подельников Висельника, — он врач.

Жаб заинтересованно посмотрел на распятую фигуру редкого товара.

— И какого же валмона врач делал на холме ночью?

— Искал лекарственные травы, — Мэг не любил врать, как и играть в покер, хотя там и там мог бы преуспеть с его бесстрастным лицом.

— И какие же травы нужно собирать по ночам?

Врач посвятил в длинный список гербария ночного сбора, ссылаясь на разные месяцы и фазы луны, словно он был не врачом, а сказочным алхимиком. Говорил, не меняя выражения лица, от чего у контрабандистов сложилось впечатление, будто они беседую с роботом.

Возможно, его бы даже отпустили, все же врач – не совсем тот товар, который нужно продавать. Уж лучше иметь такой под рукой в качестве товарища. Но тут один из людей, двухголовый сиф, заметил, вернее одна его голова:

— Я видел этого человека с тем нагом!

Нейтрально-заинтересованное отношение к Мэгу сразу же изменилось на требовательно-агрессивное:

— Так-так! — жаб поймал позднюю букашку клейким языком и сказал: — Ты, значит, дружок змея?

— Нет, — четно ответил Неджи Мэг. Он не чувствовал себя дружком или другом Аспида. Скорее уж навязчивым знакомым. И он хорошо понимал, как глупо со стороны смотрится его прилипание к человеку, не жаждущему ни дружбы, ни даже его знакомства. Однако, с тех пор как Мэг узнал у мадам Шанти об «отвергающем всех змееныше», он подумал, что мог бы показать ему свое участие. Хотя бы в благодарность за прошлую заботу. Поэтому он отправился за ним и присоединился к его абсурдному путешествию за обогащением, но в отличие от изворотливого сталкера, Мэг еще не поднаторел вырываться из цепких лап проблем, особенно из тех, которые оставлял за собой наг.

— Врет он, — сказала вторая голова сифа. — Раз был с этим гадом, значит, с ним как-то связан!

Жаб прищурился. В любом случае, врач видел их робота и мог стукануть, а этого жабе было не нужно. Продавать «чистого» не хотел - слишком заметный и могший сболтнуть лишнего товар. Даже если язык отрезать – сможет написать. Пальцы переломать, зубы выбить – так никто не купит. Пытать и дознаваться? А зачем? Наг ничего у них не украл, убил одну шестерку, так новую нанять не проблема, гнаться за ним ради мести смысла нет. Максимум гад мог продать информацию о том, что у них есть БМР, но пока он найдет покупателей, БМР'а у них уже не будет. С батареями или без, его купят и за дорого.

— Тьфу ты, морока. Ладно, вздерните его!

Мэг поднял правую бровь: да ну, ладно вам; вы так легко убьете выгодный вклад?

Руки скрутили веревками, на его голову надели мешок. Он не паниковал. Достал из рукава скальпель и начал перерезать путы, скрывая запястья за длинными рукавами грязного пальто. Накинутую на шею веревку ждала такая же участь, руки он уже освободил, но не успела веревка впиться в его шею, как народу прибавилось.

По насыпи мусора ехала машина с эмблемой Стаи. Джип с расхлябанной подвеской поддал задом как ретивый жеребец и едва не опрокинулся, шумно ввозя вооруженных пассажиров на место встречи контрабандистов. Пассажиры высыпались как горох из стручка и наставили пушки на контрабандистов, те – свои на них.

Не успели стороны задаться вопросами кто и почему, как слева, сбивая шест, на котором собирались повесить «чистого» (Мэг даже вздрогнул, так близко пронеслась машина) на поляну выкатил огромный бронированный монстр, и из него вышли до зубов вооруженные ребята.

— Вы еще кто? — контрабандисты перевели бластеры на более вооруженных головорезов, их примеру последовали и люди Стаи.

Члены группы Ресура, больше известные как Стая разделились: одни направили стволы на более вооруженных конкурентов, а вторые на контрабандистов. — И вы кто?

— Здесь мы задаем вопросы!!! — из бронированного монстра показалась дуло гранатомёта. Оно смотрело ровнехонько на так и не заведшийся БМР. — Где этот сукин сын?!

— Который?!! — жаб развел руками, указывая на собравшийся на поляне сброд. Тыкать бластером, когда на тебя направлен гранатомет ему показалось нелепым.

Люди с гранатометом оживились, бегло всех осмотрели и объявили:

— Его тут нет!!

— Ну и валите!!

— Нам нужен наг!! — заявили люди с гранатометом.

— И нам нужен наг!! — потребовала свою долю сталкера Стая.

Контрабандистов оттеснили к неработающему БМРу, Члены Ресуры и неизвестные делили шкуру неубитой змеи.

Змей смотрел на это с безопасного расстояния, ужасаясь свалившейся на него популярности. Оставалось только дядюшке Наф-нафу дополнить своей скользкой тушкой число его поклонников на этой свалке.

Он не убежал, как планировал. Не сел в машину, как хотел, и не рванул за горизонт, как жаждал. Виновник этого сидел на его плече и угрожающе тыкал присоской с шипом в его многострадальную башку, как дулом бластера.

Кот поймал нага у столбов с повешенными. Наг так торопился, что не заметил черного зверя, а затем тот преградил ему дорогу, легко ушел от брошенной иглы и оказался на привычном насесте плеч.

Не успел Аспид испугаться, как узнал шипение трехглазого мозгососа. Это был питомец Мэга. Только он мог начать шипеть и плеваться, вместо того чтобы напасть и сожрать.

— Чего тебе, кошатина?! — истерично спросил его наг, будто действительно ждал, что кот возьмет и заговорит на понятном человеческом. Аспид был в таком состоянии, что случись подобное, и он бы прирезался из сострадания к самому себе.

Сделка провалилась. Батареи, с которыми он носился, оказались бракованными. Денег у него осталось ровно купить припасов на следующий месяц. Денежных заказов не предвиделось в ближайшем будущем. Плюс ко всему его искала Стая, дядюшка Наф-наф точил зуб, а если все батареи были бракованные, то и мадам Шанти больше не захочет его видеть. Мир и без того пошатнулся и шел из-под ног. А тут еще этот кот!

— Где твой хозяин, твою на лево! Если жрать хочешь, то это его обязанность – тебя кормить!

В ответ ему в голову уперлась присоска, а хвост, словно стрелка компаса, указал обратно к свалке.

— Твою мать!

Даже на расстрел Аспид шел бы с большим энтузиазмом, потому что тогда бы ему нужно было бы умирать за свою жизнь.

Нашел удобную обзорную площадку у уплотнителя мусора – большой, но на ночь выключенной конструкции. Засел в тенечке паучихи и начал наблюдать за шоу, сначала едва не ставшим последним в жизни «чистого», затем обратившимся цирком клоунов с пушками. В любом случае он пока не видел возможности вмешаться. Взять бластер, и выкрикивая матерные частушки кинуться в бой? Он же не идиот! Он просто импульсивный и не всегда все продумывающий тип.

Нужно было ждать и думать. Например, кто вообще эти парни, которые хотят его крови?

Аспид понимал гнев Стаи, которая не часто прощала обиды. Понимал и контрабандистов: попытайся ему продать лажовый товар, и он тоже ребра продавцу будет считать, а может и прирежет сгоряча. Но людей с гранатометом он не знал. Даже мог поклясться, что никогда их не видел и не перебегал им дорогу. У него не было таких крутых ребят во врагах. Иначе он бы уже сдох.

Змеиный язык улавливал вибрации голосов, таким образом Аспид слышал часть разговоров даже находясь в отдалении.

Стая и неизвестные скооперировались до получения тушки нага и сообща наставили дула на контрабандистов. Те замялись. Впечатлились смотрящим на них гранатомётом и разом указали на Мэга. Мэг на тот момент уже разобрался с путами, но не снял мешок. С него его сдёрнули и сильно удивились.

Бандитские рожи воззрились на «чистого» с недоумением ювелира, нашедшего в горсти поддельных алмазов настоящий. В других обстоятельствах их бы заинтересовало, какого хрена редкий товар такого качества решили вздернуть на столбе, но сейчас все, что их могло заинтересовать это…

— Это не наг, — заключили они.

Наг, которого резко все возжелали, понял: пора сделать хоть что-то. Например, уйти и не видеть, как Мэга разорвут в попытках узнать, где носит сталкера и куда он поехал. Мэг все равно не знал и не смог бы его выдать, даже если бы захотел.

Аспид мог помочь ему бежать. И пусть кошак дальше сам выручает хозяина. А он сможет опустить руки и сказать: «я приложил усилия; с меня взятки гладки».

Не ушел. Отвернулся.

Бластер висел в кобуре как напоминание о разгильдяйстве, ибо в нем была пустая батарея. Из способного стрелять за пазухой лежал однозарядник. Но что мог сделать один выстрел даже из мощной пушки?

— Так, это знак свыше, я пошел!

Кот зашипел прям в ухо.

— Хорошо, я что-нибудь придумаю, — Аспид задумался. Потер подбородок, пощёлкал языком и все искал глазами что-нибудь. Повернулся к выключенному уплотнителю. — Ага, а если мы подключимся к проводам?

Дело не хитрое, главное знать, где вырубить подачу энергии, а затем врубить. Но вот какой оно даст результат?

В далеком прошлом Аспиду выпал шанс украсть электромобиль – дорогую игрушку одного богача. Не то что бы ему была нужна такая заметная вещица (ни продать, ни погонять), просто он хотел отомстить. Тогда он тоже решил зарядить машину через провода… Столб дыма и огня и опаленная морда, вот что стало для него наградой.

На прошлом учатся.

Если подключить бластер к чистой энергии его разорвет, но вот однозарядник может выдержить.

— Усилим мощность дорогой игрушки, — Аспид установил одназарядник на самодельный штатив, подключил, увидел, как быстро идет процесс накаливания и отбежал.

Нажимать на курок находясь вблизи не рискнул. Взял леску, натянул, отошел, дернул. Эффект вышел феерический. В плане, что красивый, но страшный до ужаса.

Из небольшого с виду орудия вырвался заряд толщиною в три руки, дивного красно-синего цвета, превратив любимый сталкером одназарядник в «ромашку». Целился Аспид выше голов людей, но от мощного выстрела прицел сбился и ушел вправо. Луч ударил в БМР. И надо было так попасть – не в защитную пластину, а в разобранный для починки отсек.  В роботе заискрило, задзынькало и он загорелся, как машина с подожжённым бензобаком. Через секунду с ним случилось то же, что и с каждой машиной с горящим бензобаком – он взорвался.

Люди кричали, люди стреляли, люди умирали, идиот на джипе запустил торпеду, попал все в того же робота, обломки БМР’а даже до Аспида долетели.

Наг смотрел на шоу, разинув рот. Мимо него пронесся выдержавший удар чемодан от ядерных батарей. Наг вдруг подумал, что все это ему снится, а на самом деле город Вассал уже обратился кратером ядерного взрыва и засыпал волной радиоактивного пепла многострадальных соседей. Но нет, батареи тоже выдержали удар волны и отлетели под ноги суетившимся людям, решившим поубивать друг друга. Обвинения и мат слышали даже в городе.

В это время Мэг сориентировался и вырвался. Пнул одного в живот; второй вцепился ему в пальто, с пальто в сторону и отлетел; третий выстрелил, но «чистый» ловко поднырнул под рукой четвертого, в которого угодил заряд; и побежал от разборки прочь, не забыв трофей. Он знал, куда бежать.

Уже похоронивший и отпевший «чистого» Аспид опешил увидев того вылезающим из кустов: потрепанный, но живой.

— Потерял? — спросил этот невменяемо-спокойный человек, протягивая многострадальные батареи.

Даже трехэтажный мат не способен был выразить половину кипевшего в душе Аспида возмущения. Поэтому он молча забрал батареи, неизвестно как невзорвавшиеся. (Это насколько же они бракованные?) Повернулся и потопал прочь, переводя шаг на быстрый бег. А то там пока весело, пока не до них, но вдруг о них вспомнят.

Мэг побежал рядом, затем куда-то исчез, мурчащий кот остался в качестве сторожа для нага. Врач какое-то время отсутствовал, потом вновь появился возле Аспида, но уже с чемоданчиком наперевес. И только тут, врач заметил, что спина нага в крови.

— Ты ранен!

— Ничего страшного, — отмахнулся наг, не сбавляя темп.

Для Мэга подобное блеянье было как детское «Там царапина», когда на деле оказывается, что нужно грязь выскрести и четыре шва наложить.

— Покажи! — потребовал он, наг аж вздрогнул, но не внял. И тогда врач попытался его остановить.

Он не собирался делать ничего предосудительного, и тем более причинять вред, но одно единственное прикосновение к плечу вдруг превратило прихрамывающего и раздражённого Аспида в жаждущее крови чудовище.

Наг резко остановился, развернулся, зашипел, скаля выдвинувшиеся из неба ядовитые клыки, и был готов напасть и разорвать.

 Неджи Мэг замер вовремя. Сделай он еще хоть шаг, и натолкнулся бы на дикого зверя, которым представлялся в тот момент наг. 

— Не! Смей! Меня! Трогать! — это был не змеиное шипение, а настоящий звериный рык.

Мэг примирительно поднял руки, но не собирался сдаваться:

— Пожалуйста, дай посмотреть на рану. Обещаю, я только посмотрю. И если там действительно царапина, то больше не буду к тебе приставать.

— Лучше пообещай, что свалишь из моей жизни! — сталкер нервно облизнул губы, уже признавая свое поведение мало вменяемым. Но он ничего не мог поделать с собой до сих пор. Чужие прикосновения воскрешали в нем все самые страшные кошмары.

— Хорошо, — согласился он, — отъедем, и я покажу рану.

Он был рассеянным и задумчивым весь оставшийся путь до машины, и только услышав хлопок пассажирской двери понял, какую глупость совершил. Невольно Аспид вновь пустил «чистого» в машину. Вырвавшийся из него тихий стон вызвал у врача обеспокоенный взгляд.

Раздеваться Аспид отказался категорически. Либо лечи так, либо не лечи вообще. Позволил только задрать до лопаток плотную рубаху из чешуи. Больше не требовалось, Неджи уже видел рану. И, как он и боялся, она не была обещанной царапиной. Длинная, тонкая, чуть заходящая рваным краем за повязку на лопатках, она уже не кровила, но из нее торчал вогнутый кусок стекла. Удивительно, почему она не мешала Аспиду.

На самом деле наг чувствовал боль и желал побыстрее выцарапать злосчастный предмет из раны, но в момент побега его больше волновали возможные дыры от бластеров. Теперь же адреналин схлынул, и он сжал зубы, не прекращая строить из себя парня из камня. Однако, его самоуверенность пошатнулась, когда врач достал из чемодана шприц.

— Стоять! Это еще зачем?

— Обезболивающее. В ране стекло. Мне придется прочистить ее, убедиться, что в ней не осталось осколков. Это может быть весьма болезненно.

Аспид смотрел на шприц полным недоверия взглядом. В его голове формировались самые безумные идеи, вплоть до того, будто в шприце не обезболивающее, а снотворное.

— Убери шприц, нахрен, — потребовал он, — без него обойдусь.

Мэг удивился. Он приберегал ампулу морфия для сложных операций, но был готов потратить ее на сталкера, но тот не оценил его доброты. Разочарованно покачав головой, врач убрал шприц в чемодан и взялся за пинцет.

Терпеть боль несложно. Если она не душевная, ее можно даже не замечать. Но Аспид специально никогда не забывал тех, кто причинял ему боль. Запоминал и мстил. Плевать, через сколько лет. Пусть даже это было то отвратительное облапывание Наф-нафа, когда слизень едва не сломал ему руки в попытках прощупать печенку. Или попытка убитого им сброда, пытавшегося забрать из его лап «чистого» два года назад. Рано или поздно он находил ярость на всех.

На Мэга Аспид тоже злился. На его неуемное желание помочь и сопровождать, на копошение пинцета в ране и на его питомца, и на свою глупость из-за которой он полез его выручать.

Шов и тугая повязка.

Пока Неджи Мэг бинтовал, он все время задевал вторую повязку, тугую, из эластичного бинта.

— Ты еще где-то поранился, — он прикоснулся к повязке из эластичного бинта и моментально получил по рукам.

— Тронешь еще раз – убью! — пригрозил Аспид, но быстро смягчился и сказал: — Это старая рана, не обращай внимание.

Мэг тяжело вздохнул. И решил не касаться больше этой темы. Он, например, не имел секретов, но знал многих, кто хранил их. Хотя, подумав, Неджи Мэг должен был признать, что давным-давно, еще в инкубаторе, он хранил один. 5s3n говорила о своем возможном исчезновении и просила его, если она когда-нибудь исчезнет, не спрашивать о ней никого и никогда. Боялась, что он разделит ее судьбу. И он внял ей. Та девочка стала его секретом. И он хранил единственное подтверждение существования исчезнувшей подруги в своей памяти. И никогда никому о ней не говорил.

Сталкер поморщился от боли, но сел за руль уверенно. Поджал губы, наблюдая, как рядом с ним садится Мэг, а на его коленях укладывается верный кот. Ругаться с врачом, обзывать дураком, который полез, куда не просили, преследователем-маньяком, объяснять, что так жить нельзя, Аспид не стал. Завел двигатель и медленно повел машину наугад. Теперь он не знал, что ему делать не только с навязавшимся «чистым», но и с собой.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *