3. Сострадание к чистоте

Мэг – новое имя, три буквы от старого. Оно не вызывало у 1s6n ничего, кроме недоумения, но на фоне всего произошедшего такая мелочь, как имя, казалась несущественной вещью, недостойной долгих размышлений. Стоило подумать над более важными вещами, одной из которых являлось возможное будущее. Однако юноша не мог размышлять на эту тему. Он просто не понимал, чего ждать от внешнего мира, живущего по иным правилам, нежели инкубатор.

Для всех инкубаторных людей от их рождения и до смерти жизнь имела заранее составленное расписание от её начала и до самого конца. Все пункты расписания принимались без участия его мнения и воспринимались как должное. В тот момент, когда юноша сел на корабль до «скорлупы», он был готов к принятию перемен. В скорлупе ему бы сказали, как он должен действовать и что обязан делать, и это отличалось бы от жизни в «инкубаторе», но все равно его жизнью руководили бы новые учителя, сменившие название на инструкторов.

Перемены произошли. Просто вместо «скорлупы» – внешний мир, вместо четких указаний инструктора – это существо, внезапно назвавшее себя «другим» человеком, которое собирается определить его судьбу.

Пока такое положение дел устраивало 1s6n. Его не учили принимать самостоятельных решений, даже операции велись по четко отработанному плану. Впрочем, 1s6n смог сам прооперировать себя без чьей либо подсказки, приняв решение спасти свою жизнь, а не возможных выживших. Он уже проявлял подобное своеволие, когда экспериментировал с отданными ему телами, желая больше узнать о сложной системе под названием «человек». 

Воспоминания о телах на его столе перетекли в воспоминания тел на земле.

Те, кто летел вместе с ним на корабле, мертвы. Они исчезли. Их больше нет. Это не пробудило в Мэге никаких особенных эмоций, просто червячок скользнул по области сердца и спрятался где-то в глубине. Юноша принял произошедшее как факт. Для мертвых дальнейший путь понятен, и им не нужно ничего ждать от будущего. В отличие от выжившего, ослабшего 1s6n, чье будущее неизвестно. 

Сталкер вернулся довольным и более чистым. Ему повезло обнаружить озеро, пополнить запасы воды и наловить рыбы. Трофейный человек крепко спал. Неудивительно: учитывая полученные травмы, ему требовалось много сна. Аспид повел плечами, скидывая ношу на пол пещеры. Часть рыбы делала попытки выбраться из мешка, отчего тот шевелился.

Когда сталкер принял решение дождаться выздоровления трофея, он озаботился безопасностью и поиском пищи. Расположение озера, отсутствие звериных троп и отдаленность от места катастрофы позволяло задержаться в пещерах на большой срок. Аспид рисковал, когда искал временное убежище, которым стала эта пещера. Вторично подверг себя риску, когда тащил человека в такую даль, и еще раз – когда ловил рыбу на топкой речке. И все это – не зная точно, сможет ли он получить выгоду с продажи человека. Могло случиться так, что «чистый» умрет, не дойдя до города. И может, в городе его тупо украдут. Может, и работорговцы обманут. А может … да все что угодно может быть.

Аспид уже жалел, что ввязался в эту историю. Нужно было полоснуть по горлу скальпелем, и не иметь проблем. Понабрать среди хлама чего подешевле, и что полегче продать. А то, что же это выходит? Несколько дней в пещере, несколько дней в пути – и он к нему привыкнет. А потом он его продаст для получения выгоды.

Сталкер не любил привязываться как к вещам – те ломались и изнашивались, так и к людям – те предавали и умирали.

— Время покажет, — решил Аспид, разделывая первую рыбу.

   Другой человек еще не раз демонстрировал смех. Выражение лица Мэга, когда тот увидел рыбу, веселило Аспида три дня. И каждый раз 1s6n удивлялся смеху, даже пытался повторить, от чего добавлял веселья сталкеру.

— То есть, это животное, которое плавает в реке – рыба, — уточнял 1s6n, рассматривая прожаренную на огне тушку. — И все рыбы одного вида?

— Да, да, да, — отмахивался сталкер, вгрызаясь в свою порцию.

— Но почему у этой, — Мэг указал на вскрытое брюхо рыбины, — странное образование в животе.

— Потому что это самка, а образование – икра. Самки вкуснее благодаря ей. И вообще: ешь молча, а то прирежу!

За время, проведенное вместе с 1s6n, Аспид узнал много шокирующего про «инкубатор». Он и раньше не строил особых иллюзий по поводу «скорлуп» и их мирной жизни, считая бесплатной колбасой в капкане, а понаблюдав за Мэгом, окончательно уверился, что рад своему рождению во внешнем мире. Сталкер заговорил о будущем Мэга только тогда, когда убедился в способности того достаточно крепко стоять на ногах.

— Ты ни разу не спросил о своей дальнейшей судьбе, человек из инкубатора, — собирая засушенную рыбу в мешок, начал развивать тему Аспид. — Не поинтересовался, ни почему я с тобой вожусь, ни зачем мне это надо, ни какую выгоду я получу… Тебе наплевать, что ли? Ну, тогда это облегчит мне задачу. Чего молчишь?

NGMEG 1s6n, получивший имя Мэг, проверял медикаменты в медицинском чемоданчике, удостоверился, что спаянная кость ноги выдержит долгую ходьбу, и почти не реагировал на слова Аспида. Если бы сталкер не провозился с ним эту неделю, то подумал бы, что его игнорируют. Но на деле трофейный юноша всегда внимательно слушал, просто предпочитал молчать, если ему нечего сказать в ответ. Сталкера удивило, насколько оказался «чистый» послушным, безвольным. Казалось, скажи: «Прыгни!» — и прыгнет, а с крыши или с обрыва – не важно.

— Ты сказал, мы пойдем в город, где у меня появится работа, — его голос был, как обычно, ровным и спокойным. Этот голос почти никогда не менял интонаций, как и лицо почти не выражало эмоций.

— Верно, у тебя будет работа, жилье и еда, — Аспид скосил глаза на человека, который был года на четыре его старше, но который не понимал толк в жизни, словно был ребенком, не научившимся не брать конфеты у посторонних людей. Никто не научил его недоверию и лжи. Спросил: — И этого тебе достаточно?

— Да.

Аспид четко дал себе указания: довести «чистого» до города и продать его там к такой-то матери. Неделя, проведённая вместе, как и боялся сталкер, заставляла его испытывать к неожиданному подопечному лишние чувства. Поэтому он немного подкорректировал план с «большой наживы» на «наживу умеренную». Надеялся продать трофей в надежные руки, а не в подпольный бордель, как рассчитывал в начале. К тому же, врачи всегда ценились дороже. А врач «чистых» пойдет на вес золота даже в знакомые руки.

«Даже если посадят на цепь, это не плохо», — решил красноглазый парень, — «в меньшее количество проблем попадет». 

Он еле успел поддержать споткнувшегося Мэга. 1s6n раскрыл рот от удивления, впервые сбрасывая оковы равнодушия. Его глаза слезились от солнечного света, но он продолжал смотреть на удивительно живой и шумный мир. Казалось, в нем даже заведомо неживое дышало и рвалось в небеса при малейшем порыве ветра.

Мэг видел внешний мир через окна «инкубатора» перед отлетом, через окно корабля при полете, и ощутил его, будучи раненным после крушения. Но именно сейчас, выйдя из пещеры, 1s6n смог по-настоящему восхититься открывшимися просторами, доставляя своей беспечностью проблемы спутнику.

— Куда тебя несет?! — яростно шипел Аспид, дергая непутевого человека из внеочередного оврага, в который тот свалился, забыв о необходимости смотреть под ноги. — Смотри, куда прешь! Под ноги смотри!

Но не прошло и получаса, как происходил новый инцидент:

— А обойти не пробовал? Дерево крепче башки, знаешь?!  — отчитывал сталкер потирающего лоб Мэга.

— Я смотрел под ноги, — оправдался Мэг, едва снова не упав в яму.

— Слов нет, — покачал головой «нянь».

Долгие путешествия по пересеченной местности были привычными для Аспида, а вот 1s6n знал лишь прямые дороги коридоров и неспешную ходьбу на тренажере. Он быстро устал, чем начал тормозить «няньку».

Сталкер отчаялся добиться нужного темпа от трофея и тянул теперь того за рукав одолженной куртки. Куртка все равно никогда не принадлежала Аспиду, она была снята с мертвеца еще год назад, оказалась слишком велика и до этого часа использовалась в качестве одеяла или подстилки. Но настало ее время, и она пригодилась по назначению. Штаны, которые теперь носил Мэг, также никогда не принадлежали Аспиду, но, впрочем, не составляли комплект снятой с трупа куртке. Они хорошо лежали рядом со стогом сена. Как потом говорил юный воришка – слишком хорошо, чтобы быть правдой. Правдой это и не оказалось. Пришлось потратить на штопку много времени и сил, а затем, осмотрев результат, решить, что носить такое все равно он не будет. А выбросить жаль. На Мэге это творчество в заплатках смотрелось нелепо. Но даже в убогой одежде никто не мог перепутать чистокровного человека с иными жителями мира.

Его и не перепутали.

— Отлично. Только не это. Лучше бы нам зверь какой, людоед встретился, под три метра в холке, — рычал через сжатые зубы Аспид.

Из-за холма вышли трое «других» людей.

Реакция нового знакомого удивила 1s6n. Аспид взволнованно наблюдал за тремя неизвестными, весь обращаясь в напряжение. Их окружили с трех сторон.

— Вот так сюрприз, — протянул один из людей, с виду похожий на оскалившуюся решетку воздуховода, — давно не виделись, Аспид!

— Давно, Брут. С того дня, как твои молодцы попытались продать меня «алым», — несмотря на насмешливый тон, сталкер напрягался все сильнее.

— И ты ограбил нас, украл самое дорогое...  — продолжал Брут.

— Ты о той стекляшке стоимостью в один стейк? Ха! Ты не прав, я же не забрал ваши жизни!

Брут фыркнул:

— А не боишься, дружочек, что мы твои ручки по пальчику – да на сковородочку?

— Мне? Вас бояться? Не шути!

Брут не подозревал о реальных силах Аспида. Год назад этот сталкер выполнял роль обычного вора в его группе отвязных искателей приключений.

Один из приспешников решетолицего во время диалога пристально рассматривал Мэга. В ответ Мэг рассмотрел его, безносого и длиннорукого, со странно вытянутым острым лицом.

— Эй, глянь! Эй! Глянь! — затараторил безносый.

— Что тебе, Глясь? Видишь, я веду беседу с нашим другом.

— Да «чистый» тут, ты глянь!

Внимание Брута тут же перескочило с Аспида на брюнета, так неестественно расслабленного в сложившейся ситуации.

— Правда, что ли? — отозвался третий из друзей Брута, чья кожа висела огромными бородавками.

— Эдик, глянь, «чистый» же! — не унимался безносый Глясь.

Мэг недоуменно осмотрел себя и сделал вывод – грязный. В то время как остальные при осмотре выявили правильные черты лица, линию плеч и не увидели ни одной лишней детали. Однозначно признали чистоту человеческой крови.

— Где купил, Аспид? Впрочем, не важно, давай договоримся. Мы берем его себе, а ты можешь ползти, куда полз, — по-деловому сложил руки Брут, от чего его рифлёная кожа будто сцепилась друг с другом.

В ответ Аспид засмеялся, зная жадность этой троицы и их грязные методы избавления от нежелательных последствий: его убьют, а трофей загонят в самое грязное, но самое денежное место. Выход один:

— Не выйдет, — с притворной грустью развел руками сталкер и неожиданно дернулся вправо, в сторону поросшего бородавками Эдика. Мэг не успел понять происходящее, а Эдик уже не дыша валился в бок, та же участь постигла и Гляса. Из их глаз торчали тонкие иглы. Однако с Брутом этот трюк не прошел.

— Ублюдок! Я убью тебя! — зарычал рифлёный, держась за покрытое кровью лицо, и бросился на Аспида, ловко ушедшего от наполовину ослепшего противника.

1s6n такой проворностью не мог похвастаться, его сбило на землю при кружении этой парочки, от чего вновь начали открываться едва зажившие раны. Заметив мучительно сжавшегося на земле трофейного человека, сталкер решительно полез за пояс.

— Нет, не убьешь. Ты уже труп, — не стал тратить время на ругательства он, просто обозначил будущее. Неестественно выгнувшись, Брут упал на землю. Из его груди шел пар, Аспид убирал свой верный однозарядник, вновь спасший ему жизнь, как и много раз до этого.

— Испугался? — обратился он к начавшему подниматься Мэгу.

— Ты убил их?

— А не видно? — развел руками Аспид. — Ой, только не надо мне петь песни о равноценности жизни, не будь тормозом! — неправильно понял он гримасу «чистого».

— Равноценность жизни? Не слышал о таком. Тормоз? Я не похож на эту деталь двигателя.

— А говорят, человекоподобные роботы – фантастика, — смутился красноглазый. Ему было бы проще понять негодование невольного спутника, чем такое равнодушие. Подобное поведение он считал своим достоянием, романтика свободного мира, бороздящего на своих двоих щедрые угодья городов, урывая свой кусок и выбивая право на жизнь. Если Мэг будет так же равнодушен в рабстве, то сможет неплохо жить. Мужчинам всегда легче, к тому же таким образованным и «чистым»: о нем будут заботиться, прыгать кузнечиками в его койку и дорожить как ценным вкладом. Может, позже сможет выкупить себе свободу...

— Они тоже люди? — нарушил ход мыслей Аспида выходец из «инкубатора».

— Да, старые приятели. Мы вели вместе дела, пока им не захотелось от меня избавиться. Придурки, если бы они заранее подготовились и стреляли издалека, а не пафосно шли позлорадствовать, то тут бы уже лежал мой фарш. А ведь я гуманно дал им шанс исправиться, всего лишь выкрав свою долю и ушел в свободный путь.

Медик «инкубатора» всмотрелся в искаженные смертью черты бывших приятелей Аспида и поморщился, хватаясь за раненый бок. Крови не было, так как кожа и ткани при операции заваривались, но боль никуда не делась.

— Отдохни, впереди еще долгий путь, — посоветовал сталкер, обшаривая карманы убитых, а затем, используя один из трупов как бревно, сел на него.

1s6n не пожелал использовать тела подобным образом и просто сел на землю, выстраивая в голове схему, что именно было повреждено при попадании шипа в глаз, и почему последний убитый не умер от этого, хотя первые два пали сразу. Ему хотелось вскрыть и посмотреть, найти причину, отчего «другие» люди выглядят иначе, чем все, кого он знал до сих пор. Это желание так четко отобразилось на лице юноши, что сталкер вздрогнул:

— Знаешь, Мэг, ты меня немножко пугаешь своей равнодушной рожей, а пока спал казался душкой.

— Я не стараюсь испугать.

— Знаю, не бери в голову. Лучше послушай: я принял решение, куда тебя девать. Есть у меня один знакомый бордель, чьи хозяева промышляют всем понемногу. Будешь там всех лечить и, может, еще какие услуги оказывать, но с тобой ничего плохого не сделают. Эх, а ведь мог бы продать тебя гораздо дороже в Ярких или Зеленых. Будь мне благодарен!

— Спасибо.

 Аспид саркастично поднял бровь, вспоминая, как однажды уже тягал на продажу человеческий товар и вместо благодарности чуть не получил нож под ребра. 

Город Радиум располагался всего в дне пути. Туда сталкер не собирался (город был небогатым), но раз решил проявить чрезмерную заботу и доброту о глупом человеке, пришлось свернуть. И пусть через пару лет за эту доброту этот чистый человек его возненавидит, в тот момент было приятно наблюдать его улыбку.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *