16. Эгоистичный альтруизм

Перво-наперво перевернул уазик. В процессе этого действия сталкер ощущал, будто у него вот-вот развяжется пупок. И если бы машина была не облегченной, а бронированной, так бы и случилось. Затем начал осмотр на поломки. Все оказалось не так печально, как думалось в начале. Главная ось не погнута, подвеска не сорвана, трубки не порваны, а батареи на местах. Завести удалось после двух часов копошения во внутренностях и замены амортизатора и двух свечей. Также удачей можно было считать, что по ежатине проехалось лишь одно колесо, так как запаска была одна. Что бы ее найти, пришлось прочесать пару километров – шина вывалилась во время кульбитов уазика и спряталась в густой траве.

Осталось самое сложное – вернуть долг Мэгу. То есть сделать то, чего Аспид не делал никогда – рискнуть жизнью ради другого человека. Намеренно!

«А может, ну его…» — соблазнительно прошептал внутренний голос.

— Да будь оно все проклято! — закричал Аспид ему в ответ и ударил по газам. Выехал из оврага, проехал пару метров и пошел на разворот. — И я тоже!

Починка машины и подготовка к штурму заняли нага до позднего вечера, что укладывалось в его планы. В процессе подготовки он ощущал себя ребенком, который готовил веселый розыгрыш.

— Эй, Кот, готов поучаствовать в коллективном самоубийстве ради поломанного и возможно мертвого человека?

Кот встал на лапы и подошел. Его сразу поймали, к спине примотали изолентой штатив с прикрепленными сверху светодиодами красного цвета.

— Вот с этим тебе придется бегать, если хочешь увидеть Мэга живым. Учти, если план провалится – лучшее, что я смогу для него сделать, это пристрелить. Понял?.. Хосподи, я разговариваю с тупым мозгососом. Приехали! — Аспид встал, не замечая, что кот внимательно следит за ним умными глазами, топорщит уши, не пропуская мимо ни единого слова. Наг даже представить не мог, что драконы – не единственный выкидыш эволюции.

Для дела понадобилось отогнать машину ближе к месту стоянки людей Культа. Аспид боялся привлечь внимание звуком мотора, потому ему пришлось толкать уазик до нужного места. Затем он долго и тщательно исследовал периметр, выискивая природные ловушки и те, которые могли поставить в ожидании гостей. Последних найти не удалось.

Сложилось впечатление, будто люди Культа глупы и самоуверенны, и совсем не беспокоятся о собственной безопасности.

— Что ж, это хорошо укладывалось в их поступки.

Безумие безнаказанности и уверенности в собственных силах позволяла членам Культа вытворять все, что вздумается. Например, гонять по дорогам севера с базукой наперевес, парковаться возле дороги, жечь костер недалеко от зарослей легко воспламеняемого барвинка. Им и в голову не могло прийти, будто всегда трусливо поджимающий хвост падальщик вдруг возомнит себя грозным хищником и нападет на них.

Естественно, Аспид понимал, что сумасшедшие, которых он видит, просто пешки, и если дело дойдет до столкновения с настоящими членами Культа очищения мира, живым уйти не удастся. Однако с хулиганами уровня «безумный террорист» он был готов поиграть.

Пачка сигарет опустела, на нервной почве наг скурил ее всю и теперь мечтал выплюнуть легкие, куда забился отвратительный гнилостный запах. Пора приступать.

Действовать начал с приходом полной темноты. Повезло, что у луны выходное новолуние, и она едва виднелась на черном небосводе среди тусклых звезд. Вокруг стояла щекочущая нервы тьма и напрягающая тишина. Поздняя осень на севере и без того была тихой, а люди Культа распугали неокоченевших от холода насекомых и мелких грызунов.

У джипа находилось трое человек, предположительно трое сидели внутри бронированного монстра. Мэга не видно.

Аспид зашевелил языком в попытках учуять кровь «чистого», запах его разлагающегося тела, и уйти с сознанием невозможности спасения напарника по причине его кончины. Но учуять ничего подобного не удалось.

Раздвоенный язык уловил вибрацию слева и запах свежей мочи – брак в шипастой кожанке справлял нужду в трех шагах от джипа. Невольно Аспид подумал, что на краю дороги наемничающего люда браки частые гости.

Он думал об этом пока доставал иглу, сбрызгивал своим ядом и кидал в ногу первой жертве. Брак дернулся и тихо упал в заросли барвинка, шумно ломая высохшие стебли. Двое его товарищей, распивающих крепкое пойло и швыряющих на расстеленное покрывало карты даже не обратили внимания на уход из жизни дружка. То ли слишком пьяны, то ли игра полностью захватила их, а может, им было плевать, от чего брак так громко шуршал травой. Может решил подальше отойти, чтобы не вонять дерьмом.

— Мда, незадача, — Аспид надеялся согнать чудиков ближе к краю поля. — Ну, где же ты, кошатина, — прошипел он, всматриваясь в противоположную сторону поля.

Ждать долго не пришлось: далеко и высоко над травой начали светиться десяток алых глаз. Словно пять драконов шли, тесно прижавшись друг к другу. Свои глаза Аспид держал полуприкрытыми. Не смотря на точно такой же красный цвет, в темноте они светились кошачьим зеленым огнем.

Красные глаза медленно приближались к бронированному джипу, хрустя лопающимися семенными коробочками барвинка. Все громче и громче. Наконец заигравшиеся люди обратили внимание на приближающийся шум, повернули головы и увидели горящие в темноте огни.

— Дилетанты, — хмыкнул падальщик, наблюдая развернувшуюся панику.

Среди этих людей культа был один больной на голову. По общему мнению, здравомыслящих в Культе очищения мира быть не могло, но петух перещеголял остальных в психозе. Увидав неведомое и большое, он сразу же схватился за гранатомет. 

Заросли барвинка всегда выкашивали близ городов не просто так. Все дело в семенах этого растения, которым нужна была зола для бурного роста весной. Сами семена горели очень плохо, выдерживая воистину высокие температуры, а стеблям хватало одной искры, и они загорались спичечными головками. От прилетевшего снаряда поле вспыхнуло, как облитое бензином. Огонь начал горячее шествие в сторону дороги.

Люди высыпались из джипа, кричали, спешно стали вырывать растения близ дороги и совсем не ожидали, что кто-то подкрадется к их машине с противоположной стороны, под матерный шумок откроет дверь и заберется внутрь.

Взять Мэга и бежать с ним до уазика, а дальше рвать когти на всех газах! Такой был план.

Он провалился. Из-за Неджи Мэга, который, как оказалось, не так сильно пострадал, как виделось со стороны, и вел свою игру.

Аспид прокрался к джипу, забрался в него и нос к носу столкнулся Мэгом, который копошился в вещах похитителей. Его нога была вправлена и зафиксирована между двух палок. На теле виднелось множество синяков, голова перевязана, но вопреки всему врач двигался весьма бодро.

— Актеришка! — рыкнул на него наг. На первый взгляд Мэг выглядел неплохо, но на второй стало заметно как его шатает и на сколько он бледен.

— Порошок ледянки, — открыл секрет хорошего самочувствия врач, — дарит кратковременный эффект сильного обезболивания и прилива сил.

—Ты что делаешь?! — на грани писка, спросил Аспид, через стекла наблюдая, как люди культа орут друг на друга – нашли мертвого товарища.

— Ищу батареи, — спокойно ответил Мэг, переворачивая следующую кипу вещей.

— На кой хрен?

— Если они останутся, если в них действительно вирус и его распылят, то все умрут! И ты тоже!

Аспид вновь посмотрел в окно – суета нарастала, кот с привязанными к шесту светодиодами бегал от пожара, пока успешно отвлекая внимание на себя.

— Да где они? — наг нервно присоединился к поискам. Его хватило на три секунды, а дальше он послал все к прабабушке и сменил батарею бластера. Нашел заначку, спрятал в сапог. И вылез из джипа: — Если я останусь здесь, то умру сегодня!

— Ошибаешься, гад, ты умрешь сейчас, — в него целился шак, зачем-то вернувшийся к джипу. — У нас гости!!!

— Мэг, — со вздохом произнес Аспид, — я тебя ненавижу.

Бластер прожужжал, выплевывая заряд, но в нага не попал, ему помешал чемодан с батареями, прилетевший точно в голову культиста.

— Беги, — Мэг даже не попытался вылезти из джипа. Понимал, у него нет шансов убежать со сломанной ногой: — Забери батареи и отнеси их к вирусологам!

 Аспид бросил на него пораженный взгляд: на кой такие жертвы? — и поджав губы метнулся в заросли. О чемодане с батареями не забыл, и они больно били его во время бега по бедру. Все ждал звука плевка бластера или жужжание игольника – смерти «чистого», который так глупо поступил.

«Ублюдочный «чистый» альтруист! Я не хочу заниматься спасением человеческого дерьма! Я эгоист, и ты это знаешь! Тогда какого хрена даешь мне работу не по профилю, которую еще не в состоянии оплатить?! Раз не можешь оплатить деньгами, заплатишь натурой».

Добежал до своей машины, бросил в кузов чемодан с термоядерными батареями, завел и понесся на всех парах.

«К дьяволу Мэга! К дьяволу план!»

Впереди горел барвинок, впереди были пять хорошо вооруженных людей культа, уже можно было разглядеть бронированный джип. Людей вокруг скрученного Мэга – его вновь били. Ушибленный чемоданом шак громко разглагольствовал, как именно он прикончит наглого «чистого».

 Установленные на колеса заточенные куски железа очень пригодились. Врагов стало четверо – шак обратился в воющий кусок мяса, уже не представляющий угрозы. Резкий удар по тормозам и огнемет выдает в окно струю пламени. Мэг упал под ноги засуетившимся культистам. Схватил одного за лодыжку и уронил.

Жар пламени достиг противоположной стороны дороги, где стоял еще не загоревшийся барвинок и тот вспыхнул, резко сокращая площадь битвы за жизнь. Уйти с нее в траву значило сгореть заживо.

Уазик не обладал броней, у него не было щитов, и потому первые три плевка сожгли с него часть обшивки. А еще два не сожгли едва Аспида, который успел вылезти с противоположной стороны. Через мгновение он стрелял из бластера, уже находясь под уазиком.

Пять выстрелов – и ожидание, равное десяти секундам на остывание. Можно поставить более мощный заряд, но тогда выстрелов удастся совершить меньше и остывать бластер будет дольше.

Шесть выстрелов, руку обожгло, но Аспид все равно совершил седьмой и в этот раз попал.

— Сука, он убил Залка!

«Не пострелять тебе больше из гранатомета, сука!»

Аспид быстро переместился за колесо и отсчитал пятнадцать секунд, насчитал пятнадцать выстрелов противника и услышал сдавленный стон Мэга. Ему досталось с ноги, но он таки сумел найти уязвимую точку у поваленного на землю врага и тот валялся парализованный. Значит, осталось всего двое людей культа, способных оказать сопротивление.

— Так, все! Игры окончены! — закричал четверорукий человек и вздернул вверх Мэга, крепко держа его одной парой рук, роли второй пары разделил: в одной бластер, приставил к его голове пленника, а другой целился в укрытие нага, произнося: — Эй, гад ползучий, если не вылезешь, считаю до трех и сношу этому красавцу башку. Раз, два, три!

Мэг тяжело дышал, куклой повиснув на руках культиста, а Аспид, кусая губы, продолжал сидеть за колесом уазика.

— Он же падальщик, — посмеялся над наивностью четверорукого кузнечик: — Лучше скажи: делим выручку пополам, или мы тебе заплатим, если ты вылезешь. Тогда, может, и выползет.

Наг восстановил дыхание, якобы заинтересованно выглянул из-за шины и убедившись, что горе-напарник не поменял состояние с «еле жив» на «абсолютно мертв», и продолжил пальбу.

Когда заряд опалил волосы Мэга, «чистый» немного пришел в себя и понял, что его используют как щит. Он бросил на укрытие сталкера болезненный взгляд и закашлялся. После отката волшебного лекарства ощущал он себя куда хуже, чем после кораблекрушения, тогда он только немного поломался, а сейчас его еще и побили. Будь он цел, смог бы раскидать этих типов.  Ему бы полежать в мире и покое… Мимо него просвистел еще один заряд, давший обещание о вечности будущего покоя.

Наг посчитал выстрелы и рванул к джипу. Прыжок, перекат, и он уже за бронированной машиной. Культисты отодвинулись к уазику.

— Как же от тебя много проблем, — прошипел Аспид и послал еще череду выстрелов мимо щита, которым стал Мэг. — Застрелил бы! Да толку, уже не свалить. Придется побеждать, мать твою!

Аспид выглянул из-за капота и увидел, как губы врача шевелятся, он пытался что-то сказать. Сзади!

Тот шак, кого наг посчитал изрубленным в фарш мясом еще мог шевелить конечностями и дотянулся до кобуры. Наг даже не ощутил боли, просто удар в спину и тело вдруг больше не смогло удерживать бластер. Аспид вывалился из-за укрытия мешком. Широко раскрытые глаза, замершее дыхание и осознание: он проиграл.

Поверженного нага обступили. Мэга бросили с ним рядом.

«Один избитый, второй с дырой в спине – то же мне спасители человечества», — горько подумал сталкер.

Кто-то поставил на него ногу целясь в рану, тело пробила жуткая боль. Кто-то пнул его. Кто-то говорил над ним о сумочках из змеиной кожи. 

Это разозлило и заставило Аспида сфокусировать взгляд на Мэге:

«Как же я тебя ненавижу!!! Это все из-за тебя!» — Эта мысль вдруг заставила в теле что-то шевельнуться, и тело стало ощущаться по-иному. Мысли начали сбиваться, меняться, будто текли по реке, полной порогов. Аспид подумал, он умирает, но тут внутри него закопошилось активнее, и он понял, что с ним происходит. И запаниковал:

«Нет! Только не это! Почему сейчас! Почему не когда меня лапали работорговцы! Так не должно быть!!!» — Мысли будто остались на дне и смотрели, как на поверхности рождаются новые, не его идеи: — «Ты, «чистый», мой! А моим я не привык делиться!.. Убью…Сожру!..»

Одними губами Аспид прошептал Мэгу: беги! Затем его тело выгнулось в жуткой агонии, и он в мановение ока потерял всю человечность.

Когда Мэг впервые увидел валмонов, он испугался, и теперь он испугался точно также. Казавшееся слишком изнуренным тело вдруг оказалось способным быстро двигаться, оно желало отползти как можно дальше от нага.

Уверенные в победе люди культа смеялись, думая, будто у насолившего им сталкера судороги перед смертью, и лишь сверчок застыл, резко бледнея. Он первым заметил, что дыра в спине нага наполовину заросла, а его руки покрыла чешуя.

Дракон проснулся.

Адреналин полился в венах вместо крови, мышцы зашевелились под кожей, перестраиваясь и перекручиваясь, кости будто выгнулись гибкими жгутами, которые не сломать. Зубы для пожирания плоти. Когти для разделки мяса. Потерявший осмысленность взгляд и единственная мысль в голове: убить!

На лице сверчка нарисовался ужас. Перед тем как умереть, он успел сказать лишь одно слово:

— Дракон…

Затем нечто, отдаленно напоминающее прежнего нага, вдавило его голову в бронированный бок джипа с влажным «чпок». И это нечто зашипело-зарычало, резко поворачивая голову на следующую жертву.

На севере не жили наги, мало кто слышал о драконах, немногие видели их. Считали обычной южной сказкой. Страшилкой, несущей зерно правды. Если раздавить зерно, оно истечет в пальцах кровью. Как в той сказке, которую Неджи слышал:

«Поймали люди молодого змея…»

Культист обхватил дракона сзади, думал – удержит, и понял ошибку, ощутив отсутствие собственных рук. Его голова укатилась в горящее поле.

В живых остались двое членов культа: четверорукий стрелял и пытался убежать, второй булькал с земли, пока наг вбивал одну из его голов в землю.

 «… Люди истязали его…»

Заряд плазмы обжег руку дракона, но боль – лишь звук. Название того, чего нет у жаждущего плоти чудовища. 

«… в обмен на свою жизнь он предложил им прекрасное зерно…»

Мэг отползал к бронированному джипу, продолжая наблюдать за расправой. Силы возвращались к нему с каждой секундой, но ужас происходящего едва не отнимал их вместе с сознанием.

«…Люди не приняли его дара. Раздавили семя, и оно истекло в их руках кровью…»

Неджи Мэг отползал, не смея отвести взгляда от бойни, пока не вжался в бок бронированного джипа, оглушенный собственным громким дыханием. Впервые в жизни он боялся до дрожи рук. Не мог поверить, что сталкер превратился в такое чудовище. Дрожащей рукой врач достал остатки порошка и всыпал себе в рот, даже не поморщившись от резкой горечи.

«… за это он убил их…»

Сиф хрипел от ужаса, он видел, как одну из его голов размозжили кулаком. Запахло потрохами.

Наг дернулся, и огромными прыжками, по-звериному догнал четверорукого. Прощальные два заряда в небо – и последний из культистов захлебнулся кровью.

Мэгу казалось он лишь моргнул, а дракон уже успел закончить убийство людей. 

— Аспид?

Отталкивающие, холодные, решеные человечности, змеиные глаза. Они смотрели на единственное живое существо на бойне – на Мэга. Странно, плавно, хищно к нему приближалась смерть. Четырехпалая рука, вся в крови, протянулась вперед.

Мэг вышел из ступора, ощутил прилив сил, и успел перекатиться под машину. Увидел, как покрытые чешуей пальцы заскребли по земле, оставляя глубокие борозды. Ощутил чудовищную боль в сломанной ноге, но стиснул зубы и заставил себя терпеть. Голова кружилась – плевать! – сил хватило открыть дверь и скользнуть внутрь до того, как дракон выполз из-под бронированного джипа. Пуленепробиваемые стекла выдержали пять ударов, пальцы два – стекла покрылись пятнами крови, но дракон не чувствовал боли, просунул внутрь руку – украсил ее порезами. Содранная змеиная чешуя хлопьями посыпалась в салон.

В бардачке врач нашел пистолет и нацелил его на озверевшего нага. 

— Аспид! Приди в себя!

Рука сталкера застыла. Наг не пришел в себя, его рука опустилась к ручке и открыла дверь.

Мэг мог выстрелить и просто вычеркнуть Аспида из списка встреченных людей. Сделать его еще одним холмиком памяти в своей голове. Бросить на ветер данное себе обещание. Оставить мысли найти похожего на себя человека.

Не смог.

Отпрянул к противоположной двери и вывалился наружу, внезапно найдя батареи, завернутые в одеяло. Он об них споткнулся. Одна едва слышно хрустнула, но пока не было времени удостовериться в ее содержимом. Мэг упал, ударившись сломанной ногой, и взвыл от боли. Отполз от джипа, откуда на него смотрел дракон. В глазах хищника скользнуло узнавание и погасло.

— Кот, фас!

С крыши машины на дракона прыгнул израненный мозгосос. Полоснул когтями и дал стрекача, подражая шестилапому зайцу. Дракон отвлекся на новую цель и дал Мэгу время немного прийти в себя и придумать способ выжить.

Он размышлял в спешке. Понял, что Аспид не в себе и ведет себя как животное. Вспомнил, что пока он лежал неподвижно, дракон на него не обращал внимания. Вспомнил, что наги придают большое внимание запахам и шумам. Быстро, как мог, подполз к ближайшему трупу, зачерпнул его крови и щедро ею умылся, вымачивая одежду. Пока дракон был далеко, отполз под прикрытие сгоревшего барвинка, надеясь на отгоняющую хищников вонь. Дрожащей рукой прикрыл рот, стараясь успокоиться и сделать свое сердцебиение тише, а дыхание незаметнее. Прижал к груди бластер. Он закрыл глаза, надеясь, что эта хитрость поможет выжить. В это время перед ним продолжала развиваться пугающая картина.

Не смогший поймать кота, разъяренный дракон выбежал на поляну и ходил между трупами как стервятник, пока не склонился над одним из них и не вырвал из теплого тела печень.  

Рассвело. Мысли и чувства медленно приходили в себя после пережитой трансформации. Тело ломило, спина жутко болела, ноги и руки тряслись, но самое отвратительное было ощущение вкуса сырой печени во рту. Засунув два пальца в рот Аспид добился лишь того, что в горле остался еще и вкус горечи. 

Он вновь это сделал. И вновь в окружении трупов, у которых потроха наружу. Уже третий раз за его короткую жизнь сталкер был готов пустить себе пулю в лоб, лишь бы не корить себя за сорванный поводок.

Нужно встать… в спину ударила боль и с криком наг повалился на землю. Жутко побледнев, стиснув зубы, ему удалось подняться со второй попытки на колени. Дотянулся до спины, и целую минуту смотрел на кровь, оставшуюся на дрожащих пальцах. Снял с убитого сверчка куртку и закутался в нее, пряча рану, порванную одежду и ограждаясь от холода.

 «Не время себя жалеть. Нужно пересчитать трупы, может, кому удалось сбежать. Придется у этого счастливчика выпытать ответы и убить. Найти батареи. Найти… Мэга», — Аспид поднялся с колен и огляделся по сторонам.

Всюду была обгоревшая трава, но одно черное пятно отличалось от остальных. Темные пряди, словно живые, извивались на ветру, диковинными цветами на могиле.

Наг высунул язык и ощутил через вкус гари вкус крови в той стороне. Ее было много, и она была уже холодной.

Аспид медленно пошел в сторону диковинных черных цветов и узнал в них волосы Мэга. Он лежал к нагу спиной и не шевелился. Бледное лицо все в засохшей крови, глаза плотно закрыты, рот чуть приоткрыт, губы синие. 

— Ох, Мэг, я же просил свалить от меня подальше, — Аспид упал на колени рядом с ним. — Почему ты меня не слушал. Был бы жив, занимался бы медициной и не знал бы о страшной тайне нагов.

Ему стоило извиниться, но он не смог. Вместо этого прошипел себе:

— Сам виноват!

Легче не стало. И хотелось бы сказать, что все дело в незаконченной регенерации, для которой помимо пищи нужен отдых, но болело не только тело, но и душа, которая, как уверяли религиозные фанатики, есть у всех.

— Покорми пса три дня и сам к нему привяжешься, — усмехнулся наг и тяжело вздохнул.

Аспид закусил губу и осмотрел тело перед собой еще раз. С точки зрения мародёра брать было нечего, но что-то его смущало. В отличие от остальных тело Мэга было целым. Даже одежда не порвана. Желая убедиться, Аспид протянул руку и коснулся его плеча, собираясь перевернуть тело на спину. Перевернул. И оказался на мушке.

Мэг не просто был жив, он был вооружен и готов бороться за продолжение жизни радикальными способами.

Оба парня застыли. Аспид едва мог поверить, что ему в лоб целится труп, а оживший Мэг не мог поверить, что его еще не начали цинично жрать. Бегал взглядом по нагу в поисках испугавших его признаков безумия, но натолкнулся на пораженное выражение алых глаз. Ни чешуи, ни пугающих хищных движений. Наконец, врач опустил бластер. Он откинулся обратно на выжженную траву и закрыл глаза.

— Ты напугал меня, — честно признался Мэг слабым голосом.

 Наг бледно улыбнулся, но эта улыбка удачно совмещала облегчение с нервным перенапряжением.

— Ты видел?.. — голос нага был хриплым.

— Это происходило в паре шагов от меня. Я не только видел, слышал, но и, кажется, ощущал вкус. — Мэга передернуло. — Признаю, это было самым жутким, что я видел в жизни…  Проклятье, Аспид, ты не мог о драконах мне раньше рассказать и поподробнее!  Эй, Ас…

Аспид его не слушал. Он отшатнулся, его снова затошнило. Справившись с собой он зашипел:

— Ты видел? Почему тогда?!.  Думал, драконов из-за суеверий боятся?! Проклятье. Ты знал о драконах? Все это время знал? И… Почему не пристрелил?! Я же тебя мог сожрать!

— Аспид… — врач даже не попытался встать, просто смотрел на паникующего сталкера и поджимал губы, не зная, как отвечать на заданные вопросы.

Наг поднялся с карачек и направился к машинам. Первым делом к уазику с оплавленной обшивкой. Нашел заначку сигарет и закурил. Прислонился пылающим лбом к холодному пластику и выдохнул густой горький дым. Взял медицинский чемодан и совершил еще один переход к продолжающему лежать на сгоревшем барвинке врачу. Мэг уже был не один, вытянувшись, на нем лежал кот и непрерывно мурчал. На подошедшего нага он зашипел, выплевывая присоску.

— На этом все. Все договоры между нами больше не существуют. Никаких общих дел. Долг отдавать мне не надо. Батареи в столицу отвезу. А ты, вылечи себя и вали обратно в Радиум, — произнес сталкер и поставил на расстоянии вытянутой руки Неджи его чемодан. Затем сразу поковылял обратно. Пересчитал трупы – шесть.  Оттащил их все подальше в поле, облил топливом и поджег. Пусть думают – это жертвы сгоревшего барвинка.

Нашел три батареи, оставшиеся без чемодана, и вновь замотал их в одеяло, бросил рядом с джипом. Он казался ему самым целым из трех машин. Облегченный уазик с корпусом из плавящейся пластмассы явно проигрывал бронированному монстру. Однако двигатель требовал ремонта. Перевернутый пикап Наф-нафа починке не подлежал вовсе.

Жжение в спине и поднявшаяся температура здорово мешали, но Аспид продолжал копаться в джипе, отдавая дань уважения покойному механику, которому удалось сделать большую часть работы перед тем как наг убил его. Отдыхая каждые десять минут, за три часа удалось наладить работу двигателя и при повороте ключа машина завелась.

Откинувшись на спинку водительского сиденья, сталкер дернулся от боли и часто задышал. Стоило дать телу отдохнуть, поспать денечек или два, набраться сил. Но перед этим нужно было отогнать машину подальше от места перестрелки. Только проблем с законом ему не хватало.

Только он нажал на газ и проехал на десяти километров в час десять метров, как нечто злое и черное ударилось в лобовое стекло. Зашипело и, расставив лапы, уставилось на водителя тремя пылающими негодованием глазами.

— Брысь, Кот, — шикнул на него Аспид и включил дворники.

Мохнатые лапы уперлись в стирающие золу щетки, и кот продолжил смотреть на нага. Нехотя Аспид вышел из машины и попытался согнать прирученного хищника руками:

— Иди к хозяину.

— Мяу! — кот повернул голову в сторону поля и только тут наг заметил, что медицинский чемодан лежит там же где он его поставил, а «чистый» не сменил позы.

— Твою мать!

Удостоверившись, что наг вышел из машины, кот рванул к хозяину и начал толкать того носом.

— Как же ты меня заколебал!

Сталкер забрал из ослабевших рук Неджи Мэга бластер, и целых три секунды думал его применить по назначению, однако убрал в карман штанов. Перекатив на одеяло тело врача, перетащил его к джипу. Расчистил место в кузове и втащил внутрь. Все это потребовало от Аспида слишком много сил. Поэтому он смог отъехать лишь на полкилометра от места перестрелки и со стоном разложил переднее сидение в кровать. В бардачке нашлась бутылка крепкого пойла. С ним было плевать, что в машине кто-то есть помимо него, мозг отключился после десятого глотка.

Добавить комментарий

Войти с помощью: 

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *